Также по теме

МОНАРХИЯ

МОНАРХИЯ, форма правления, характеризующаяся единовластием, обычно передаваемым по наследству. На племенном этапе развития во многих первобытных обществах, известных антропологам в наши дни, монархический принцип выражается в институте вождей. Любой вид индивидуального лидерства среди людей имеет в какой-то степени монархическую природу, но на практике следует различать свободно избранного вождя, чье влияние основано на способности выразить согласие группы, и лидера, власть которого опирается на обычай, традицию, право, поддержку духовенства или любую другую основу, отличную от добровольного сотрудничества. Монархическим является только второй род власти; решающее различие заключается в том, как именно признается господство личности, принимается ли оно стихийно (лидерство) или институциональным установлением (монархия), позволяющим отдельному лицу пользоваться властью независимо от его личных качеств. Таким образом, один из основных критериев состоит в том, должен ли правитель заслуживать своего кресла или трона.

Почти все монархии в истории были наследственными, причем до такой степени, что претенденты проверялись не на пригодность к правлению, а на легитимность, т.е. на происхождение по прямой линии от правившей прежде семьи. Это не противоречит тому, что новые династии обычно прибегают к захвату власти, ведь затем, как правило, тщательно фабрикуются соответствующие генеалогические документы или устанавливается связь, через брак или усыновление, со старой династией. По самой своей природе монархия выглядит чрезвычайно приспособленной к потребностям общества, тесно связанного с традициями, и это подтверждается тем, что цари часто исполняли, кроме обязанностей руководства и управления, разнообразные священнические и символические функции. Большинство монархов стремилось одобрять и поддерживать народную веру в божественное происхождение престола и их семей. Снижение престижа и власти монархов в последнее время отчасти отражает рост мирской ориентации современной цивилизации.

В 19, 20 и 21 вв. многие монархии сумели приспособиться к изменившимся условиям и стать символическими воплощениями культурного единства своих народов. Религиозную санкцию в какой-то степени заменил мощный психологический императив национального чувства.

Что касается возможности поддержки монархических институтов, проистекающей от верности экономическим и социальным догмам, то здесь пока убеждающие примеры отсутствуют. Современные тоталитарные диктатуры демонстрируют нечто близкое, но они основаны на персональных качествах привлекательного вождя. Кроме того, здесь проблема установления легитимности решается новым способом, совершенно не связанным с обращением к историческому прецеденту, что существенно для монархии. Наследование является другим важным критерием существования монархических институтов, и по нему также недостает опыта, которым можно было бы обосновать суждение о возможности регулярного наследования в современной диктатуре. Наконец, режиму, где каждый, кто занимает высший пост, является узурпатором, как было до сих пор, едва ли может соответствовать принцип легитимности.

Происхождение монархии.

Истоки монархии обнаруживаются в далеком прошлом, до возникновения письменности и летописной истории. Мифология и фольклор всех стран повествуют о царях, приписывая им легендарные проявления доблести, благочестия, дальновидности и справедливости, или – довольно часто – поступки противоположного свойства. Стереотипы царя-воина, безгрешного монарха, царственного законодателя и верховного судии свидетельствуют о разнообразных ролях, которые цари были призваны исполнять.

Какую из этих ролей можно выделить как первостепенную или решающую при возникновении доисторической монархии – предмет долгих дебатов. Одни считали, что катализатором выступила военная функция, и лидерство в войне, стоило сражениям прекратиться, обычно вело к присвоению священнических, судебных, экономических и других функций. Некоторое подтверждение этой точки зрения можно найти как у древних, так и у современных примитивных народов в известной тенденции передавать во время кризиса отдельным лидерам или правителям чрезвычайную власть – например, при угрозе внутреннего раскола или внешнего нападения. Таким было и царствование в древней Спарте, и диктатура в Римской республике, да и полномочия военного времени у современных демократических лидеров обнаруживают эту тенденцию.

С другой стороны, пример Древнего Египта подсказывает, что при относительно мирной жизни царствование более непосредственно связано с поддержанием общественной дисциплины через тщательно разработанную систему религиозных санкций, сосредоточенных на божественной персоне монарха. История Китая и Японии предоставляет дополнительные примеры относительно изолированных и невоинственных обществ, в которых военная функция или не имела для монаршей должности первейшего значения, или была полностью отделена от нее. В Древней Месопотамии царей, по-видимому, лишь от случая к случаю наделяли священнической и военной функциями, первичные их роли – правитель и судья. Существует и теория, что сложное законодательство и юриспруденция, выросшие из тщательно разработанной системы искусственного орошения в Междуречье, могли придать развившимся здесь институтам власти особый характер.

Хотя монархия имела, вероятно, разное происхождение в разных условиях, определенная ее форма возникает повсюду с установлением оседлого образа жизни и ростом городов. Древние царства, по-видимому, были связаны в основном с городами – экономическими и политическими центрами, откуда довольно обширные регионы могли облагаться налогами, охраняться и эффективно организовываться для осуществления внешней экспансии. Морские города (например, Афины, Карфаген, Венеция, Амстердам и Лондон), кажется, составляли исключения, так как в них мы обнаруживаем самые ранние зачатки демократической системы. Крупные города, удаленные от моря, такие как Вавилон, Иерусалим, Мемфис, Спарта, Рим, Мадрид, Вена, Берлин, Париж и Москва, проявляли особую склонность к монархии, вероятно потому, что в условиях медленных сухопутных сообщений только система концентрации власти и ответственности в одном лице доказала способность действовать с энергией, необходимой для преодоления препятствий времени и пространства.

Ограничения монархии.

Не все владевшие престолом могли справиться со своей задачей; одних принуждали к отречению, свергали или убивали, другие вынуждены были делить власть со знатью или бюрократией. Все монархи в большей или меньшей степени зависели от своих слуг и подданных и лишь сумев устрашить их или убедить поддерживать свою политику, добивались эффективного и абсолютного правления. Власть в условиях монархии, таким образом, является как бы результирующей индивидуальной воли правителя и согласия между богатейшими и стратегически господствующими классами его подданных. Некоторые монархи пришли к выводу, что и могущественных подданных можно привести к повиновению, воззвав через их головы к простому народу, который часто видит в них естественных врагов и эксплуататоров. Такие монархи (прототипом, по-видимому, был Август, первый император Рима) иногда на ограниченные периоды времени достигали практически неограниченной власти. Эта идея была основной, которую Н.Макиавелли обрисовал в разделе Государя, посвященном «гражданскому княжеству».