Также по теме

ПОППЕР, КАРЛ РАЙМУНД

ПОППЕР, КАРЛ РАЙМУНД (Popper, Karl Raimund) (1902–1994), британский философ австрийского происхождения. Родился в Вене 28 июля 1902 в семье видного юриста. Примыкал к социалистам и коммунистам, но затем отказался от социалистических идей, осознав, что они несут зла больше, чем обещают исправить. На Поппера оказала влияние культурная атмосфера Вены начала 20 в.: музыка, наука, философия, политические идеи. Он поступил в Венский университет в 1918, где изучал математику и теоретическую физику; книги по философии читал самостоятельно. В 1920–1922 подумывал о карьере профессионального музыканта, присоединился к «Обществу частных концертов» А.Шёнберга, в течение года изучал композицию в Венской консерватории. Решив, что недостаточно способен к музыке, оставил консерваторию и в 1921–1924 осваивал профессию краснодеревщика. В это же время участвовал в социальной работе и проведении школьной реформы, работал добровольцем в детских клиниках А.Адлера, с которым был знаком лично. Уверенные диагнозы Адлера пациентам, которых он даже не обследовал, заставили Поппера усомниться в психоанализе и «клинических данных». Именно это, а также ложные претензии марксизма на научность, вкупе с изучением трудов А.Эйнштейна, привели его к формулировке т.н. принципа фальсификации. Поппер задался вопросом, что отличает научные теории (типа эйнштейновской) от доктрин Маркса, Фрейда и Адлера, и пришел к выводу, что научной теорию делает не подтверждение и не доказательство ее положений, а способность исключать возможность некоторых событий.

Поппер стал одним из первых сотрудников педагогического института при Венском университете, благодаря чему познакомился с К.Бюлером, который впоследствии был научным руководителем его диссертации по проблеме метода в психологии. Лингвистические идеи Бюлера повлияли на попперовские концепции языка и Мира-3. Окончив университет, Поппер женился на Жозефине Анне Хеннингер и преподавал математику и физику в старших классах одной из венских гимназий. В это время Людвиг Витгенштейн и логические позитивисты, входившие в Венский кружок, активно пропагандировали т.н. «верификационный критерий значения», что побудило Поппера разработать и затем опубликовать свои собственные идеи о демаркации и индукции. Витгенштейн и позитивисты приравнивали различение науки и метафизики к различению осмысленных и бессмысленных предложений. Поппер решительно отверг мнение о бессмысленности метафизических теорий, а также концепцию, согласно которой теория приобретает значение и становится научной только в том случае, если возможна ее индуктивная верификация с помощью эмпирических наблюдений. Его первая опубликованная книга – Логика исследования (Logik der Forschung, 1935) завоевала широкое признание своей критикой индуктивизма, защитой философии и выдвижением «фальсифицируемости» (в противовес «верифицируемости») как критерия науки, а также утверждением о том, что метафизические теории могут быть значимыми, даже если они не фальсифицируемы.

Поппер продолжал преподавать в гимназии вплоть до 1937; не дожидаясь аншлюса Австрии, согласился стать преподавателем философии в Кентербери-колледже в Крайстчёрче (Новая Зеландия), где оставался последующие девять лет. Именно в это время им был написан выдающийся труд, содержавший критику авторитаризма, Открытое общество и его враги (The Open Society and Its Enemies, 1945), в котором анализировались скрытые тоталитаристские мотивы в учениях Платона, Гегеля и Маркса. Эта книга, которую Поппер называл своим «вкладом в военные действия», создала ему репутацию всемирно известного философа. В 1946, приняв предложение Лондонской школы экономики, он перебрался в Англию. Поппер был назначен профессором ЛШЭ в 1949, посвящен в рыцари в 1965 и посвятил оставшуюся жизнь философии.

Умер в Кройдоне (Англия) 17 сентября 1994.

      КАРЛ РАЙМУНД ПОППЕР

Эпистемология.

Поппер признавал, что истина имеет объективный и абсолютный характер, но подчеркивал, что наше знание в принципе несовершенно и подлежит постоянному пересмотру. Он отвергал широко распространенную интерпретацию знания как оправданного истинного верования. В отличие от большинства современников, Поппер утверждал, что теории вовсе не обязательно быть оправданной, истинной или вызывающей доверие для того, чтобы она могла считаться научной. Он пошел еще дальше и доказывал, что требовать от нашего научного знания, чтобы оно было оправданным или подтвержденным, нерационально. Ни одна теория о мире не может иметь оправдания или подтверждения. Многие критики Поппера на этом основании называли его иррационалистом и скептиком. Однако философ доказывал, что именно требование «оправдания», а не наша неспособность к нему приводит к скептицизму и иррационализму. В то время как большинство современников считали условием рациональности теории возможность ее оправдания, Поппер полагал, что знание рационально лишь в том случае, если мы способны проводить его критику. В то время как большинство современников считали, что научные теории основываются на эмпирических наблюдениях и могут быть оправданы с их помощью, Поппер доказывал, что главное в науке – не то, как мы приходим к нашим теориям, а то, способны ли они, и в какой мере способны, вызвать критическое обсуждение.

Поппер отклонял и попытки оправдания знания ссылками на авторитет экспертов. Он называл себя большим поклонником ученых и научных теорий, однако говорил, что мы напрасно верим в существование научных экспертов, на мнение которых можно было бы вполне положиться. Задача высшего образования – не в подготовке экспертов, а в формировании людей с настолько развитыми критическими способностями, чтобы они могли отличать экспертов от шарлатанов. Поппер называл свою философию критическим рационализмом. Он сформулировал свою позицию («моральное кредо») следующим образом: «Я могу ошибаться, а вы можете быть правы; сделаем усилие, и мы, возможно, приблизимся к истине».

Критический рационализм начинался как попытка решить проблемы индукции и демаркации, которые Поппер считал «двумя фундаментальными проблемами эпистемологии». Юм, полагая, что наши идеи извлекаются из опыта, а индуктивные выводы из опыта несостоятельны, заключил, что теории, которые не сводимы к опыту, являются бессмысленными и что наше научное знание о мире основано на следовании обычаю и привычке. Кант, пытаясь спасти естественнонаучную рациональность, утверждал, что наше апостериорное знание о мире основано на априорных интуициях, априорных понятиях и априорно истинных принципах. Однако Витгенштейн и логические позитивисты вновь вернулись к эмпиризму Юма, когда кантовские образцы априорно истинных наук – эвклидова геометрия и ньютоновская механика – пошатнулись в ходе дальнейшего развития науки. Витгенштейн и позитивисты доказывали, что значение высказывания есть метод его верификации и что именно эмпирическая верифицируемость отличает науку от метафизики и смысл от бессмыслицы.

Поппер был согласен с Юмом, что попытка оправдать знание с помощью индуктивных выводов из опыта приводит к иррационализму, но отрицал, что ученые вообще когда-либо рассуждают индуктивным образом. Он соглашался с Кантом, что опыт и наблюдение предполагают априорные идеи, но отрицал, что наши априорные идеи достоверно истинны. И он был согласен с Витгенштейном и позитивистами, что более невозможно апеллировать к априорно истинным принципам в попытках оправдать эмпирическую науку, но доказывал, что метафизические теории не обязательно бессмысленны и что верифицируемость не может быть критерием демаркации науки и метафизики, поскольку неспособна объяснить научный характер научных законов, которые, будучи строго универсальными суждениями, охватывающими бесконечное число случаев, не могут быть верифицированы с помощью индуктивных выводов из опыта.