Содержание статьи
    Также по теме

    СНОВИДЕНИЯ

    СНОВИДЕНИЯ, последовательность переживаемых перцептивных ощущений, возникающих во время сна (см. также СОН). Фазу сна, во время которой возникают сновидения, часто называют парадоксальной, или фазой «быстрого» сна, в силу очевидного противоречия между исключительной активностью мозга и практически бездействующим телом. Парадокс сновидения заключается в том, что тело бывает неподвижным, в то время как у спящего возникает субъективное ощущение неограниченной свободы движений. Сновидение является единственным состоянием сознания, отличным от безумия и галлюцинаций, при котором мы испытываем ощущение полноценного существования в несуществующем мире. Этот мир зачастую разительно контрастирует с повседневной жизнью. Человек, увидевший сон, воспринимает его как невероятное приключение, каким бы обыденным он ни выглядел при пересказе. Во сне сама жизнь человека может оказаться под угрозой от одного взгляда незнакомца или изменения вида комнаты; значение имеет любая мелочь. События не воспринимаются как чрезмерные, хотя носят необыкновенно интенсивный характер.

    Во сне исчезает различие между воображаемым и реальностью. Как отмечает в Психологии воображения (L'Imaginaire: Psychologie phénoménologique de l'imagination, 1940) французский философ Жан Поль Сартр, в состоянии сна мы лишаемся «категории реальности»; сознание находится в плену сновидения и не имеет иной возможности, кроме как обитать среди построений собственного воображения. Во сне даже внешние стимулы – звуки, изменение температуры в комнате – воспринимаются как нечто, существующее в мире сновидения. Эта потеря связи с реальным миром имеет два важных следствия, подчеркивающих отличие состояния сна от состояния бодрствования. Во-первых, визуальные образы, слабые или мимолетные во время бодрствования, становятся во сне целыми сценами или картинами. В отличие от периода бодрствования, когда разнообразные события спорят между собой за наше внимание, во сне ничто не мешает на них сосредоточиться. Сновидения – чистейший пример способности психики концентрировать чувства в образы, образующие сюжетную структуру.

    Вторым следствием утраты «категории реальности» является то, что язык, имеющий такое большое значение во время бодрствования, во сне играет второстепенную роль, как и звуки вообще. Содержание сна в первую очередь визуально. Однако это представление обманчиво, поскольку зрительный образ сам содержит своего рода язык. Таким образом, речь, являющаяся в первую очередь средством общения, становится почти ненужной, поскольку сон представляет собой одновременно и изображение, и скрытый «разговор». Даже объекты (деревья, животные, дома) обретают кажущееся сознание и способность к громкой или беззвучной речи. Человек может участвовать в диалоге с любым объектом, хотя слова как таковые при этом произносятся не всегда. Мозг, можно сказать, «читает свои мысли», хотя видящий сон этого не осознает; он воспринимает возникающие образы как отличные от его собственных и не подозревает, что все, ему снящееся, лишь порождение его собственного расщепленного сознания.

    Сны редко (если вообще когда-либо) воспроизводят прошлые или недавние события так, как они происходили. Ведущим принципом построения сновидений является то, что сон собирает вместе людей и события, которые не могли бы столкнуться друг с другом в реальности. З.Фрейд по этому поводу говорил: «Сновидение прежде всего обнаруживает непреложную связь между всеми частями скрытых мыслей тем, что соединяет весь этот материал в одну ситуацию: оно выражает логическую связь сближением во времени и пространстве, подобно художнику, соединяющему на картине, изображающей Парнас, всех поэтов, которые, конечно, никогда не находились вместе на одной вершине горы, но в понятии, несомненно, образуют одну семью».

    Сны не дают человеку возможности вновь пережить прошлое; они представляют собой образное изложение истории его психики, сходное с творческим преображением писателем реальной действительности в соответствии с замыслом произведения. Даже когда человек видит во сне тех, кто играет существенную роль в его жизни, их образы предстают или в смешении с чертами других личностей, или как обладающие одновременно чертами, свойственными им на разных этапах жизни. Эта временная многоплановость образов сновидений, возможно, один из основных источников их живости. То, что нам снится, не есть мгновенный снимок, хранящийся в памяти, а продукт воображения, нейронная библиотека метафорических подобий: образ представляет собой наполовину чувство, наполовину «объект». Даже отвлеченные идеи иногда становятся во сне объектами.

    В определенном смысле сновидения искажают реальность. Если рассматривать сон в его «собственном царстве», следует признать, что он творит свой мир по собственным принципам, не имеющим ничего общего с представлением о действительности бодрствующего человека. Но, например, поэтические образы зачастую более причудливы, чем образы сна, и мы не рассматриваем их как искажения реальности. Такие образы воспринимаются как метафоры, нечто, имеющее внутреннее сходство с реальным объектом; однако во сне метафорическое действие перестает опираться на сходство. Образ сновидения становится буквальной метафорой: во сне сходство превращается в идентичность, и только проснувшись, мы думаем о сне как о «странном» или «невероятном». На этом и основано его очарование как опыта «другой реальности» где, как мы подозреваем, и лежат глубинные секреты нашего существования.

    Как следствие, первый вопрос, возникающий применительно к любому сну: «Что он означает?». С древности, начиная с толкования Иосифом сна фараона о тучных и тощих коровах и с сонников Артемидора, и вплоть до современности сновидения воспринимаются как символические откровения, через которые природа, боги или некий внутренний голос говорят с нами. Наибольшим авторитетом в этой области является Зигмунд Фрейд с его Толкованием сновидений (Die Traumdeutung, 1900). Столкнувшись с искажением в сновидениях реальных событий, Фрейд счел, что сон – это ребус, головоломка, и если понять его законы и расшифровать, сновидение можно использовать как инструмент психоаналитического лечения неврозов. Фрейд считал, что функция сновидений – цензура нежелательных содержаний психики, поставляемых инстанцией Оно (бессознательным); сновидения преобразуют скрытые содержания в маскирующие истинный смысл образы (сновидение как таковое). Таким образом, по Фрейду, не существует «невинных» снов: все они «волки в овечьей шкуре», т.е. можно сказать, что все сновидения являются замаскированным выполнением подавленных желаний. Даже неприятные сны могут соответствовать мазохистским наклонностям.

    «Разгадывая» сны, Фрейд высказал предположение, что работа сновидения – подавление нежелательного содержания – происходит в основном благодаря четырем психическим процессам: сгущению, замещению, символизации и ассоциации по противоположности. Другими словами, сновидение подавляет излишне вольные мысли, сливая различные образы в один (сгущение), превращая их в что-то иное, но сходное (замещение), или заменяя на противоположные. Символизация насквозь пронизывает сновидения. Одна из наиболее важных ее функций – превращение сексуальных образов в приемлемые и обыденные, например, вместо мужских и женских гениталий – шляпы, карандаши, пистолеты, пещеры, двери и т.п.. Предложенная Фрейдом теория постоянно подвергается пересмотрам и дополнениям не только в психоанализе, но и в толковании искусства и литературы, также обладающих «неосознаваемым» содержанием.