ЭБЛА

ЭБЛА, современный Телль-Мардих, древний город, расположенный примерно в 53 км юго-западнее Алеппо, в северной Сирии. Нарам-Син, аккадский правитель из династии Саргонидов, сообщал, что он захватил и сжег Эблу ок. 2240 до н.э. Развалины Телль-Мардиха поражают своими размерами, монументальностью городских стен с четырьмя внушительными воротами и знаменитым обнесенным стенами акрополем. В 1964 группа археологов под руководством д-ра Маттиэ начала раскопки этого телля (холма).

Несмотря на всю важность обнаруженных здесь архитектурных, керамических и иных материалов, уникальное значение этого памятника определяется открытием т.н. Архива Эблы, включающего ок. 15 000 клинописных табличек. Они представляют собой крупнейшее из когда-либо найденных собрание текстов раннебронзовой эпохи (приблизительно 3000–2000 до н.э.). Большинство табличек было обнаружено в 1974 и 1975 в расположенном на акрополе т.н. дворце G. Публикация текстов составила несколько основательных томов. Раскопки в начале 1990-х годов в более поздних слоях, которые относятся ко II тысячелетию до н.э., не принесли новых находок, но предполагается, что они могут быть обнаружены после того, как возобновятся раскопки на территории Дворца.

Эбла – город-государство, процветавшее ок. 2300 до н.э. Среди текстов Архива Эблы большинство составляют административные, а также деловые документы, касающиеся торговли тканями, металлами, пищевыми продуктами и иными товарами. Упомянутые в документах топонимы, как правило, местные: Арми или Арманум (Алеппо или его округа), южные города – такие, как Хамат (Хама, расположенная на Оронте), Каркемиш (на берегу Евфрата в непосредственной близости от Эблы), Мари (на Среднем Евфрате), Туттуль, Эмар и Угурат (Угарит, на Средиземноморском побережье, примерно в 80 км западнее Эблы). Особого внимания ввиду своего торгового значения заслуживает Харран, город между реками Белих и Евфрат в Северной Месопотамии. В Эбле и большинстве других упомянутых городов правили лица, носившие (шумерский) титул еп (царь-жрец). Харраном, однако, правил badalum («князь купцов»).

Торговля с удаленными землями обычно осуществлялась поэтапно, последовательными усилиями нескольких торговцев. Такие непрямые контакты расширяли зону влияния городов, подобных Эбле. Например, Эбла импортировала лазурит – возможно, из района современного Бадахшана в Афганистане. Именно торговля более других факторов способствовала распространению цивилизации, а поскольку купцам требовалось вести учет товаров, развивалась и письменность. В том же слое, что и Архив Эблы, была найдена надпись на камне, содержащая (в иероглифической форме) имя и титулы египетского фараона Пепи I. Эта надпись служит не только свидетельством связей между Эблой и Египтом, но и указанием на то, что документы Архива Эблы были составлены после воцарения Пепи I и, соответственно, должны датироваться не ранее 1300–1250 до н.э. Следует также отметить, что Архив относится к тому периоду, когда Эбла имела связи с Египтом, предшествующие концу эпохи пирамид, как и с Месопотамией времени правления великой династии, восходящей к Саргону Аккадскому.

Язык табличек из Эблы – эблаитский – принадлежит к числу мертвых семитских языков. Вследствие местоположения Эблы в нем представлены как восточносемитские (преимущественно аккадские), так и западносемитские (древнееврейские и арамейские) элементы. Надписи Эблы представляют собой классическую месопотамскую клинопись с использованием многочисленных шумерских идеограмм. Короткие слова вроде союзов или предлогов переданы шумеро-аккадскими слоговыми знаками, поддающимися произнесению. Силлабическим письмом написаны также имена собственные и топонимы. Часто слоговыми знаками выражены суффиксы в конце слова, служившие для выражения падежных и временных форм. Такие же слоговые знаки применяются для обозначения местоименных суффиксов при существительных для выражения притяжательности, а при глаголах для обозначения объекта. Все эти изменяющиеся формы слов служат ключом к реконструкции эблаитского языка и полезнее, чем обширные двуязычные словари из Эблы, в которых для толкования шумерского слова приводится его эблаитский перевод. Эти двуязычные словари пригодны лишь для ограниченного использования, поскольку включают в себя преимущественно специальные термины, а не повседневную лексику. В текстах из Эблы, даже в тех, что составлены целиком из шумерских идеограмм, соблюдается эблаитский порядок слов, сильно отличающийся от шумерского, что дает важную информацию об эблаитском синтаксисе.