Содержание статьи
    Также по теме

    НИЛ СОРСКИЙ

    НИЛ СОРСКИЙ (в миру – Николай Федорович Майков) (1433–1508) – русский церковно-политический деятель, публицист, один из идеологов нестяжательства.

    Родился 1433, происходил из крестьян. До пострижения в монахи был «скорописцем» (переписчиком книг). Между 1473–1489 совершил путешествие по святым местам, был в Стамбуле, Палестине и Афоне, где проникся идеями аскетизма.

    По возвращении в Россию основал скит на реке Соре близ Кирилло-Белозерского монастыря, где поселился со своими единомышленниками. Там продолжал переписывать богослужебные книги, сопровождая переводы и списки собственными критическими замечаниями («с разных списков тщася обрести правый... елико возможно худому разуму»). Это было неслыханным проявлением интеллектуальной независимости в то время, поскольку для большинства «гамотников» и книги, и Писание были чем-то непререкаемым и боговдохновенным.

    В 1490 Н.Сорский участвовал в церковном соборе против новгородских еретиков.

    На следующем церковном соборе 1503 великокняжеская власть поставила вопрос об отобрании у монастырей бывших в их владении земель, равнявшихся почти трети территории государства, чтобы создать собственный резерв земель, необходимых для раздачи дворянам. Нил Сорский, поддержанный рядом других кирилло-белозерских монахов («заволжскими старцами»), выступил в пользу правительственных притязаний на монастырские земли. Вместе с ближайшими сподвижниками, среди которых выделяется князь-инок Вассиан Патрикеев, Сорский призывал церковь к «нестяжанью» имущества, отказа от стремления к накопительству и внешнему великолепию, дабы иметь только необходимое, «повсюду обретаемое и удобь покупаемое». Стремясь к евангельскому идеалу, Сорский считал монастырскую собственность противоречащей истинному иночеству и – по словам одного из своих оппонентов – призывал «жити по пустыням, а кормити бы ся рукоделием».

    Против Нила Сорского и его сподвижников на соборе выступили «иосифляне» – сторонники и последователи воинствующей церкви и ее идеолога Иосифа Волоцкого, опиравшиеся на крупное церковное землевладение. Вступив в сделку с правительством Ивана III и обещав ему поддержку в борьбе с крупными светскими феодалами, иосифляне отстояли право церкви на земельную и иную собственность. Нил Сорский и его сторонники ушли с собора духовно непобежденными и оставшимися при своем мнении. С этого времени взяла начало почти полувековая борьба «нестяжателей» и «иосифлян», не завершившаяся даже после смерти Нила Сорского в 1508.

    В литературном наследии Нила Сорского большое место занимают вопросы психологии человеческих страстей, при изучении которых он опирался на традиции византийской аскетики. Он выделял следующие стадии в развитии страстей: восприятие («прилог»), фиксацию («сочетание»), адаптацию («сложение») и утверждение «пленение») завершала доминация – «страсть» в ее подлинном значении. Усилием воли и переменой внешнего образа жизни человек, с точки зрения Сорского, должен научиться преодолевать свои страсти на ранних стадиях их развития. Развитие мистико-аскетических идей Н.Сорского созвучно духу исихазма (от греч. «исихия» – покой – т.е. мистического учения Григория Синаита и Григория Паламы, согласно которому постижение веры возможно лишь в результате полного отрешения, молчания, тихости и скромности, личного переживания божественных откровений и нравственного самоусовершенствования). Нил требовал от монахов следовать евангельскому тезису «не трудящийся да не ест», ставшему известным и популярным много веков спустя в идеологических схемах коммунистов 20 в., позаимствовавших этот тезис для своих лозунгов.

    Среди сочинений Нила Сорского важнейшее место принадлежит его посланиям единомышленникам, в том числе Преданию ученикам и Монастырскому уставу, имеются также Покаянная молитва, напоминающая великий канон Андрея Критского, краткие отрывочные записи, предсмертное Завещание. Во всех этих произведениях дан глубокий и тонкий анализ психической жизни человека, пронизанный гуманностью, мягкостью и терпимостью к человеческим недостаткам.

    Нил предлагал монахам самим решать, кто и сколько может вынести «поста, трудов и молитв», предпочитая внутреннее духовное молитвенное настроение внешней обрядности. Иночество, считал он, должно быть не телесным, но духовным. Нил был терпим к вероотступникам («еретики бои чюжи нам да будут») подчеркивал он, не требуя по отношения к ним ни жестокости, ни казни). Он протестовал против умерщвления плоти, считая куда более важным духовное самоусовершенствование человека, аскетически скромную жизнь, сознательное отречение от жизненных благ. Монастыри и монахи должны были стать, по мнению Н.Сорского, «центрами духовного просвещения, и утешения», где не должно быть дорогих сосудов, «золотых или серебряных», поскольку «чем жертвовать в церкви – лучше раздать нищим».

    Сорский критически относился не только к беззаботной жизни монахов в монастыре, но и к церковной литературе: «Писания бо много, но не вся божественная суть: кая – заповедь Божья, кое – отеческое предание, а кое – человеческий обычай». Такое отношение к священным текстам вызвало суровое нарекание со стороны официальной церкви и, как писал сам Нил Сорский, «хулу чудотворцев древних и новых».

    Нил не был политиком, не имел качеств борца за идею. Защищая близкие ему идеи монастырского нестяжательства, он уклонялся от полемики в свою пустынь, будучи верным идеалу: «молчание любити и не выситися в беседах нелюбопрепирательных». Своих учеников он убеждал избегать споров и конфликтов с защитниками монастырского землевладения («не подобает на таковых речами наскакати... и укорити»).

    Стремясь к созерцательному экстазу, он повторял «Путь жизни сей краток есть. Дым есть житие сие!», отрекаясь и от «мира», и от борьбы с мирским злом.

    Идеями Нила Сорского и других нестяжателей о неприятии монастырского землевладения уже после его смерти прикрывалась борьба за свои земли и за участие в управлении государством крупного вотчинного боярства, выступавшего против могущества централизованной власти великого князя. Взгляды Нила на монастырское «нестроение» сыграли положительную роль в оздоровлении монашеской жизни – правда, в довольно ограниченном масштабе, в кругу скитских монастырей, преимущественно на окраинах Московского государства. Ученики и последователи «великого старца» делали практические выводы из его учения, порой весьма далекие от его мистико-аскетических принципов.

    Неизвестно, был ли Нил Сорский формально канонизован. Осуждение взглядов его последователей свершилось спустя четверть века после смерти Нила Сорского на церковном соборе 1531.

    Лев Пушкарев, Наталья Пушкарева

    Литература

    Архангельский А.С. Нил Сорский и Вассиан Патрикеев. т. 1. СПб, 1882
    Нила Сорского предание и устав. СПб, 1912
    Клебанов А.И. Реформационные движения в России в XIV – первой половине XVI вв. М., 1960
    Лурье Я.С. Направление Нила Сорского в идеологической борьбе конца XV в. – В кн.: Лурье Я.С. Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV – начала XVI вв. М. – Л., 1960