Содержание статьи
    Также по теме

    ЩАПОВ, АФАНАСИЙ ПРОКОПЬЕВИЧ

    ЩАПОВ, АФАНАСИЙ ПРОКОПЬЕВИЧ (1831–1876) российский историк и этнограф, сторонник теории регионализации (развития самоуправления на местном уровне), один из первых представителей социо-естественного подхода в изучении истории России.

    Родился 5 октября 1831 в селе Анга Иркутской губернии. Его родители, местный дьячок и бурятка-крестьянка, не могли платить за образование сына. В 1841 они отправили его учиться в иркутскую бурсу, где обучали детей из бедных семей за счет казны. Любовь к знаниям быстро выделила ребенка среди одноклассников. В 1846 его переводят в духовную семинарию, а после ее окончания в 1852 в числе лучших учеников отправляют учиться в Казанскую духовную академию.

    Щапов мог работать в обширной библиотеке Соловецкого монастыря, которая была вывезена в Казань во время Крымской войны. Он составлял опись рукописей из этой библиотеки и благодаря этому получил ценный материал для написания диссертации Русский раскол старообрядства. Новизна его подхода заключалась в том, что в ней он рассматривал церковный раскол 17–18 вв. не с узкой точки зрения религиозного события, а в историко-бытовом и социальном контексте. По мнению Щапова, раскол был отражением более глобального противоречия между традиционной культурой русского народа и теми новыми элементами культуры, которые привнесли реформы Алексея Михайловича и Петра Великого.

    Академию Щапов закончил в 1857, но уже с 1856 стал читать в ней лекции по истории русской церкви, в которых особое внимание уделял взаимодействию исконно русского языческого мировоззрения с византийскими традициями. В 1860 стал профессором на кафедре русской истории при Казанском университете, где проработал всего один учебный год. За это время он стал членом тайного студенческого общества «Библиотека казанских студентов», для которого написал программу. Жизнь преподавателя резко изменилась после отмены крепостного права в 1861. Когда студенты духовной академии и университета устроили панихиду по крестьянам, убитым во время волнений в селе Бездна («Куртинская панихида»), Щапов произнес речь с требованием принятия демократической конституции. За это его уволили из университета. Он поехал в Петербург, чтобы разобраться с причинами своего увольнения. По пути в столицу его арестовали. Уже будучи под следствием, Щапов обратился к Александру II с двумя письмами, в которых предлагал программу общероссийских реформ, основанных на идее развития региональных органов власти – областных земских советов.

    Расследование по делу Щапова закончилось решением Синода сослать его в Соловецкий монастырь, однако благодаря заступничеству известных писателей это наказание было отменено. Его даже взяли работать в министерство внутренних дел России чиновником по раскольничьим делам.

    Канцелярская работа мало привлекала ученого, намного больше ему импонировала литературная деятельность. Уволившись с государственной службы, в 1861–1864 Щапов работал профессиональным литератором, сотрудничая с известными литературными журналами («Современник», «Отечественные записки» и др.).

    С 1862 за ним был установлен полицейский надзор, закончившийся в 1864 высылкой на историческую родину – в село Анга. К этому моменту он отказался от своей прежней теории развития местного самоуправления посредством земств, перенеся свое внимание с историко-политологических аспектов на этнографические.

    Вскоре Щапова перевели в Иркутск, где он пытался продолжать свою научную и политическую деятельность, несмотря на оторванность от культурных центров. Он стал одним из членов Сибирского отдела Императорского Русского Географического общества. В качестве представителя этого общества участвовал в качестве этнографа в экспедициях в Туруханский край (1866), в Верхоленский и Балаганский округа Иркутской губернии (1874). В Иркутске он возобновил преподавательскую деятельность, его лекции пользовались большой популярностью. В ссылке были написаны наиболее важные научные труды, посвященные истории и этнографии Сибири.

    Даже в сибирской провинции не отменялся надзор за вольнодумным ученым. Летом 1865 Щапов был арестован по делу «Общества Независимости Сибири». Его обвиняли в недоношении на главных членов кружка, он находился под следствием до 1868. В дальнейшем Щапов предпринимал попытки получить разрешение на возвращение в столицу, но безрезультатно. В 1874 после смерти любимой жены он окончательно потерял надежду вернуться к полноценной жизни. Последние годы своей жизни он прожил в полной нищете.

    Среди научных идей Щапова наиболее самобытной и оказавшей влияние на развитие науки была концепция «областничества». Согласно этой теории, история России представляет собой процесс колонизации обширной территории. Этот процесс происходил спонтанным (естественным) образом и зависел от географии местности и от историко-этнографических особенностей местного населения. Географические особенности расселения повлияли на формирования типа хозяйствования, а этнографические особенности – на земскую самобытность областных общин.

    По концепции Щапова, постепенный наплыв населения приводил к последовательному укрупнению обжитой территории. Так образовывались сельская община, городская община, уезд, стан и волость. Аналогичный процесс укрупнения прошел и в административной системе России – от мирского схода в мелких общинах, через вечевые сходы или другие их аналоги в городских поселениях, областные земские советы как объединяющие сельские и городские сходы, к земскому собору в качестве объединяющего все области органа.

    Процесс «укрупнения» Щапов делил на два исторических периода. Первый этап, «особно-областной», характеризовался стремлением областей России к культурной обособленности и их постоянными междоусобицами. После Смутного времени начала 17 в. – «соединено-областной» период, когда области находят общий язык и образуется земско-областная федерация. Именно федерация, с точки зрения Щапова, есть наиболее удачная естественная форма народной жизни в России.

    Таким образом, главная идея концепции «областничества» – в своего рода децентрализации подхода к изучению истории России. По Щапову, она должна базироваться не столько на истории столичных центров (Москвы и Санкт-Петербурга), сколько на изучении истории и этнографии всех ее областей, начиная с отдельных сел, волостей и уездов. Эта идея была с энтузиазмом подхвачена местной печатью по всей России, что дало существенный толчок для развития краеведения.

    Оригинальным был подход Щапова к церковному расколу 17–18 вв., спровоцированного реформами Никона. По его мнению, главной причиной раскола были не церковные нововведения сами по себе, а негативное отношение народных масс к политике, проводимой правителями российского государства. Реформы, носящие чисто гражданский характер и проводимые по европейскому образцу, были чужды характеру и традициям русского народа. Неприятие гражданских реформ и неприятие реформации традиционных верований привели к церковному расколу. По сути, раскол был формой противодействия не столько самим церковным инновациям, сколько народным протестом против реформ вообще и формирования Российской империи в частности.

    Децентрализаторские и антиимперские идеи Щапова обычно замалчивались не только в царской России, но и в СССР, поскольку противоречили представлению об отечественной социально-политической истории как о прогрессивной реформаторской деятельности центральной власти. Его концепция была востребована в 1990-е теми неортодоксальными историками, которые рассматривают историю России как противоборство авторитарной центральной власти и народных масс.

    Умер 27 февраля 1876 от чахотки.

    Основные труды: Щапов А.П. Сочинения: В 3-х тт. СПб, 1906.

    Наталия Латова

    Литература

    Вульфсон Г.Н. Глашатай свободы: Страницы из жизни Афанасия Прокофьевича Щапова / Казань: Изд-во Казан. ун-та, 1984
    Маджаров А.С. Афанасий Щапов. Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1992