Также по теме

АФРИКАНСКОЕ ИСКУССТВО

Стиль изображения и некоторые другие особенности позволили археологам датировать его серединой 2 тыс. до н.э. Позднее эта дата была подтверждена радиокарбонным анализом органических остатков, найденных в пещере. В отличие от Северной Африки и Сахары, наскальные рисунки Южной Африки очень часто оказываются в пещерах, использовавшихся в определенные периоды в качестве жилищ местными жителями. Наскальное искусство Южной Африки, родственное в этом отношении искусству восточных районов, имеет еще и ту особенность, что в нем наряду с реалистическими изображениями людей, животных, а также всевозможных мифических существ и т.п. довольно часто встречаются отдельные фигуры и целые композиции, по-видимому не являющиеся отображением конкретных предметов. Чаще всего эти круги и овалы неправильной формы, заполненные рядами черточек или широкими мазками краски разного цвета. Встречаются и смешанные изображения, например сложный лабиринт из закручивающихся спиралям тройных параллельных линий, к его внешней стороне примыкают головы антилоп.

Наскальное искусство, как и в других районах, представлено здесь не только живописью, но и петроглифами. Необычайно высокие художественные достоинства и блестящее техническое исполнение этих рисунков еще в большей степени, нежели живопись, затрудняют решение вопроса: как согласовать крайне низкий экономический и культурный уровень их создателей со столь высокой степенью развития художественного интеллекта и мастерства.

Стиль петроглифов отличается от стилей бушменской живописи; в целом петроглифы относятся ко времени более раннему, чем живопись; их распространение охватывает обширную четко ограниченную зону, внутри которой живопись почти не встречается. В отличие от живописных ансамблей, сконцентрированных в горных районах на юге, юго-востоке и юго-западе Южной Африки, петроглифы разбросаны на равнине во внутренней части страны. Сотни врезанных изображений находят на вершинах холмов, на прибрежных скалах в междуречье рек Вааль и Оранжевой, а также в прилегающих районах.

Сюжетами врезанных рисунков здесь, как и повсюду, являются прежде всего животные. Главным образом это отдельные фигуры диких слонов, гиппопотамов, носорогов, антилоп, жирафов, зебр и т.д. Значительно реже встречаются сцены охоты и другие композиции, включающие несколько фигур и изображающие какое-либо действие.

Техника петроглифов отличается от сахарской. Поверхность внутри врезанного или выбитого контурного рисунка может быть покрыта параллельными штрихами либо густой сетью мелких выбоин; иногда она напоминает по фактуре наждачную бумагу. Эти петроглифы выполнены каменными орудиями и, по-видимому, относятся к эпохе раннего неолита.

Другую группу составляют врезанные рисунки, выбитые и процарапанные металлическими орудиями. На этих поздних рисунках можно видеть фигуры бушменов, вооруженных луками и стрелами, изображения металлических топоров и даже характерные фигуры европейцев. Самые поздние петроглифы, выполненные в точечной технике, приписывают иммигрантам банту.

Помимо пропорциональных и очень тонких по рисунку реалистических выполненных животных часто встречаются фантастические и символические изображения, различные геометрические и другие абстрактные фигуры. Некоторые из них напоминают солнечные знаки, другие – неизвестную форму письменности. Во многих местах можно видеть высеченные на каменных плитах следы человеческой ноги или отпечатки ног животных.

В отличие от ранних петроглифов Сахары, южноафриканские сравнительно небольшого размера. Многие из них, отличающиеся поистине ювелирной техникой, выполнены тончайшей контурной линией, для нанесения которой использовался какой-то неизвестный нам остро заточенный инструмент из очень твердого материала. Виртуозное владение техникой позволило художникам передавать не только очертания предмета, но и его фактуру, а иногда даже и тоновую окраску предмета без применения красящих материалов.

Так, например, один из петроглифов, находящийся в музее Трасвааля, в Претории, представляет собой двухцветное фактурное изображение жирафа, исполненное техникой выбивания (пиктаж). Эффект передачи тоновых контрастов достигается использованием темно-бурого цвета патины, покрывающей камень, и светло-голубого, обнажающегося в местах скола. Выбиты только силуэт животного и светлые промежутки между пятнами на его шкуре, на месте же самих пятен темная поверхность камня оставлена нетронутой.

В аналогичной технике высечена и великолепная голова зебры из Западного Трансвааля (Маретджезфонтейн). Изящно очерченные ноздри, характерная оттопыренная нижняя губа, тонко прорисованный силуэт головы демонстрируют блестящее мастерство древнего художника. Широкие светлые полосы на шкуре, выбитые тупым каменным орудием, отлично передают их цвет и шероховатую фактуру. Иначе выглядит изображение носорога, также находящееся в музее Трансвааля. Поверхность каменного блока, на которой выбита фигура, представляет собой прямоугольник неправильной формы. На первый взгляд кажется, что художник в этом случае отошел от обычной статичности и изобразил животное в действии – в момент, когда оно пьет воду или пасется (ноги носорога выставлены вперед, а голова опущена вниз). Однако здесь, как и в других аналогичных случаях, композиция рисунка, очевидно, продиктована формой прямоугольника, в который «вписано» изображение, выполненное способом, близким к антирельефу (шамплеве). В качестве одного из наиболее показательных примеров этой техники можно привести изображение антилопы кап, высеченное на куске диабаза. Размер фигуры около 40 см. Она, как и предыдущая, занимает всю поверхность небольшой каменной плиты и более или менее точно вписывается в ее формат. Здесь так же, как и в петроглифе с жирафом, используется цветовой контраст между патинированной и обработанной поверхностью камня, только тут он служит не для передачи тоновой окраски предмета, а используется для светотеневой разработки – для выявления объема. Это стремление к передаче объема приводит в некоторых случаях к рельефному выделению таких деталей, как глаза, уши и т. д., в то время как поверхность внутри выбитого контура углублена и покрыта мелкой ровной насечкой, образующей фактуру наподобие наждачной бумаги.

На первый взгляд такой метод обработки прямо противоположен тому, который применялся в древнейших сахарских петроглифах, где изображение часто тщательно полировалось. Однако это применение противоположных технических приемов в данном случае может служить наглядным свидетельством глубокого внутреннего родства художественного мировосприятия, свойственного различным народам на определенных этапах развития.

Контурные и силуэтные (антирельефные) изображения имеются повсюду, где существует наскальное искусство, причем в большинстве случаев они относятся к разным эпохам. Уже из этого можно заключить, что на каком-то этапе степень условности, присущая контурному рисунку, слишком велика и не соответствует тому уровню развития, на котором художественная интуиция и воображение человека уже обладают свойствами воссоздавать образ на основании его отдельных компонентов.

Как древний сахарский, так и южноафриканский художники, прибегавшие к различным и даже прямо противоположным способам, стремились к одному и тому же: сделать образ более иллюзорным, легко читаемым. Для этого прежде всего необходимо было выделить массу фигуры, отделить ее от фона, которым в обоих случаях является необработанная поверхность камня. Характер фона и диктует здесь тот или иной способ обработки. Поскольку в Сахаре таким фоном являются шероховатые, покрытые мелкими выбоинами песчаниковые и кварцитовые скалы, изображение шлифуется. В Южной Африке петроглифы выбиты на гладких, оплывших вулканических породах, и поэтому здесь с той же целью применяется противоположный способ – насечка.

Небезынтересно отметить постепенное изменение стиля южно-африканских петроглифов в связи с их территориальным распространением. Большая часть гравированных реалистических изображений находится на территории Трансвааля; однако по мере продвижения на север стиль их постепенно меняется, становясь все более схематичным. Смешанные реалистические и схематические рисунки на юге Зимбабве уступают место почти исключительно схематическим в Замбии. Еще дальше к северу, в смежных районах Анголы и Катанги, имеются только схематические рисунки, достигающие крайней степени условности. Лишь небольшая часть рисунков из пещеры Кьянтапо (Катанга) может быть расшифрована как изображения конкретных предметов. Среди них сравнительно легко можно различить человеческие фигуры и крайне упрощенные рисунки птиц, зверей, пресмыкающихся. Менее убедительна расшифровка схематических фигур и знаков, в которых видят изображения хижин, деревьев, набедренных повязок и т.п., и уже совсем неясно значение некоторых очень сложных абстрактных фигур орнаментального характера.