Содержание статьи
    Также по теме

    БОБРОВ, СЕМЕН СЕРГЕЕВИЧ

    БОБРОВ, СЕМЕН СЕРГЕЕВИЧ (1763 или 1765–1810) – поэт, переводчик.

    Родился в Ярославле в 1763 или 1765. Происходил «из священнических детей». С девятилетнего возраста находился в Москве. В 1780 переведен в гимназию Московского университета, в 1782 произведен в студенты. «Курсы в факультетах» окончил в 1785. Входил в число воспитанников Переводческой семинарии при университете, существовавшей на средства масонов-розенкрейцеров, и участвовал в связанных с ними литературных обществах («Дружеское ученое общество» в Москве, «Общество друзей словесных наук» в Петербурге). Первые поэтические опыты Боброва, появившиеся в журналах этих обществ «Покоящийся трудолюбец» (М., 1784–1785) и «Беседующий гражданин» (СПб., 1789–1790), отмечены влиянием популярных в масонских кругах Ночных размышлений Э.Юнга (позднее Боброва, как и Юнга, будут называть «певцом ночей»). После переезда в Петербург в 1786 числился в Герольдмейстерской конторе и в этот период познакомился с А.Н.Радищевым, ставшим вскоре одним из почитателей его поэзии

    В 1791 по не вполне ясным причинам был выслан на юг, где с 1792 до 1799 состоял переводчиком при командующем Черноморским флотом Н.С.Мордвинове и. В Николаеве вышло его «лирико-эпическое песнотворение» Таврида (1798) – своеобразная поэтическая энциклопедия («исчисление») природы и истории Крыма. Это единственный в русской литературе оригинальный законченный опыт в жанре описательной поэмы и первый опыт использования 4-стопного ямба без рифм в произведении такого большого объема. За годы южной ссылки создана также большая часть стихотворений Боброва (оды, песни, элегии, идиллии, «хоры для польского» и др.).

    По возвращении в Петербург служил переводчиком в Адмиралтейств-коллегии, в Комиссии по составлению законов. В 1804 выпустил собрание своих стихов Рассвет полночи, или созерцание славы, торжества и мудрости порфироносных, браноносных и мирных гениев России… В четвертую часть собрания вошла несколько измененная Таврида (под заглавием Херсонида), за которую автор был пожалован бриллиантовым перстнем от императора Александра I. В 1800-х Бобров печатался в изданиях, близких к Вольному обществу любителей словесности, наук и художеств («Северный вестник», «Лицей», «Цветник»), а в 1807 был официально принят в число сотрудников общества. В 1805 участвовал в спорах о языке на стороне «архаистов» (Происшествие в царстве теней, или Судьбина российского языка), что предопределило негативное отношение к нему в стане «карамзинистов», где он был прозван «Бибрисом» (от лат. bibere – пить).

    Последним его произведением стала поэма Древняя ночь вселенной, или Странствующий слепец (1807–1809) – «иносказательная эпопея», представляющая собой монументальный религиозно-философский эпос, поэтическую «историю разума человеческого» до Христа (среди своих образцов Бобров называл Потерянный рай Дж.Мильтона, Мессиаду Ф.Г.Клопштока и др.). Огромная по размеру, архаичная по языку и изобилующая отвлеченными рассуждениями, эта поэма Боброва была не понята современнниками, однако явилась закономерным итогом его поэтических исканий. Уже в первых своих стихах он предпринял попытку последовательно изложить цикл священной истории: творение мира (Размышление на первую главу Бытия), блаженная весна Адама, грехопадение, подчинение человека времени и смерти (Осень, 1785), спасительное действие Любви в истории вселенной (Ода Любовь, 1785), гибель мира в огне, рождение новой земли и нового неба (Ночное размышление, 1785). В поэтической философии Боброва мироздание предстает как событие, длящееся во времени, как история, обретающая смысл в глобальных катастрофах. Отсюда его пристрастие к «великим предметам» и описаниям «ужасных сцен Натуры» (Н.М.Карамзин), вызывавшее недоумение современников, а также частая в его стихах ситуация временного рубежа, с которого поэт одновременно обозревает прошлое и вглядывается «в тьму будущего» (Стихи на Новый год к П.П.Икосову, 1789; Столетняя песнь, или Торжество осьмогонадесять века России, 1801–1802; и др). Ода Судьба мира (1789, 1804), где описывалась страшная казнь допотопного человечества и предрекалась гибель в огне всего мироздания, стала особенно известна, закрепив за автором репутацию мрачного провозвестника катастроф (тему потопа он и сам называл своим «отличительным неким почерком пера»). Бобров, сочетавший в своем творчестве разнородные поэтические традиции, чутко откликавшийся на новые литературные веяния своего времени (оссианизм, сентиментальная элегия, баллада и др.), воспринимался прежде всего как «певец ночей», погруженный в раздумия о смерти и загробном воздаянии (Хитрости смерти, 1789; Ночь, 1801?; Полнощь, 1804; и др.).