Содержание статьи
    Также по теме

    БИБЛИЯ СЛАВЯНСКАЯ И РУССКАЯ

    БИБЛИЯ СЛАВЯНСКАЯ И РУССКАЯ. Первый перевод Священного Писания на старославянский (церковнославянский) язык был выполнен в 9 в. свв. Кириллом и Мефодием, «равноапостольными просветителями славян», приступившими к этой работе (для которой им пришлось изобрести особый алфавит) ок. 863, когда они были приглашены для христианской проповеди в Моравию. На основании того факта, что в житии Кирилла сообщается – он для самообучения «обрете Евангелие и Псалтирь русскыми писмены писано», – а также ряда других исторических данных можно предположить, что имелись и какие-то более древние переводы, которыми Кирилл с Мефодием воспользовались в качестве пособий. Гипотезы о языке этих протопереводов, равно как и о характере изобретенного для просвещения славян алфавита (была ли это кириллица или глаголица?), входят в число до сих пор не решенных проблем исторической лингвистики. Так или иначе результатом трудов Кирилла и Мефодия явилась старославянская Библия в полном составе, сперва Новый, а позднее и Ветхий Завет, переложенные с греческого. Пройдя сложный процесс исторического редактирования (в котором особого упоминания заслуживает староболгарская версия, исполненная в 10 в. при болгарском царе Симеоне), тексты эти легли в основу церковнославянской богослужебной книжности.

    Версии же Библии (ранее всего – Псалтири и Нового Завета) на новых народных наречиях создавались в разных славянских землях крайне неравномерно и к тому же на базе разных источников. Там, где преобладало православие, главным прототекстом оставался (как и для Кирилла с Мефодием) греческий «перевод 70 толковников» (Септуагинта), в краях же преимущественно католических – латинская Вульгата; хотя иной раз для корректировки использовались разом и Септуагинта и Вульгата, взаимно друг друга дополняющие в случае неясностей. Потребность в священных книгах на «народном языке» возникла прежде всего у западных славян, там, где богослужение велось на латыни, менее понятной простому люду, чем родственный и во многом однокоренной с местными восточноевропейскими диалектами церковнославянский (так, первые переводы на чешский возникли уже в 13 в., на польский – в 14 в.). Много новых «народных» славянских версий возникло в 16–17 вв., что объясняется не только успехами книгопечатания, но и расцветом национальных самосознаний в эпоху Ренессанса-барокко, отчасти же – воздействиями протестантизма и близких ему религиозных сект, придававших особое значение процессу индивидуального раздумья над страницами Писания. Именно в этот период возникают и первые достаточно пространные переложения Библии (в основном Евангелия) на украинский и белорусский языки. Повсюду (как и в случае с эпохальным немецким переводом Лютера) местные, приближенные к бытовой речи версии становятся важнейшими рубежами развития современных литературных языков. Новая волна «национальных возрождений», влекущая за собой новые переводы (к примеру, Т.Г.Шевченко, 1850-е годы) приходится на 19 в.; многотиражные библии на различных славянских языках теперь выпускаются и Библейским обществом. В целом же в 19 в. «народная» версия окончательно отделяется от церковно-славянской (что наиболее заметно на примерах Сербии и Болгарии, где церковнославянская Библия особенно долго удерживалась в качестве единственно-обиходной).

    В средневековой Руси церковнославянское Св. Писание долгое время существовало в виде множества разнообразных, строго не унифицированных списков. Попытки упорядочить и выправить их предпринимались не раз, увенчавшись монументальным успехом при архиепископе новгородском Геннадии, когда к 1499 были собраны воедино все книги Библии, причем тексты порою (за неимением русских списков) приходилось извлекать из вторичных источников, т.е. из различных толкований на Св. Писание, либо переводить с Вульгаты. Геннадиевский свод лег в основу и первой на Руси полной печатной Библии, изданной в 1580 в Остроге Иваном Федоровым (до этого, в 1564–1565, в Москве Федоров и Петр Мстиславец выпустили Апостол, т.е. Деяния апостолов и послания апостолов, которые стали первой русской печатной книгой). Острожская Библия более близка к канону Септуагинты (число переводов из Вульгаты в ней уменьшилось), но все равно далека от совершенства. Вопрос о новом, более исправном церковнославянском издании особенно остро ощущался во время церковных раздоров 17 в., приведших к расколу, – однако достаточно тщательную и полнообъемную правку удалось закончить (по указу Петра I) лишь к 1723, а осуществить само издание – много позже, лишь при Елизавете Петровне (в 1751), причем переводчики Елизаветинской Библии, прочно вошедшей в церковный обиход, уже пользовались и древнееврейским оригиналом, но лишь для отдельных корректур.

    Св. Писания на великорусском «народном наречии» к тому времени еще практически не существовало: хотя Франциск Скорина и объединил свои издания библейских книг (вышедшие в Праге и Вильне в 1517–1525) под общим заглавием Библиа Русска, речь в данном случае идет о белорусских переводах в сочетании с церковнославянскими текстами. К разговорной речи вплотную приближаются переложения псалмов, исполненные в конце 1670 – начале 1680-х годов Симеоном Полоцким и Авраамием Фирсовым. В начале 18 в. Библию по поручению Петра I переводил на русский язык лифляндский пастор Э.Глюк, однако эти тексты не сохранились.

    Этапный вклад в решение проблемы внесло в начале 19 в. Библейское общество, чья деятельность, однако, долгое время тормозилась церковными и околоцерковными консерваторами, опасавшимися массовой русской Библии как стимула для религиозного вольнодумства. В любом случае обойти проблему, однако же, было невозможно, ибо разговорный (равно как и литературный) язык уже отошел от церковнославянского слишком далеко, и общедоступная русская Библия была насущно необходима как своего рода мост, который обеспечил бы живое общение архаически-сакральной и современной лексических форм. Этот «мост» был, наконец, построен, начиная с 1858, усилиями митрополита Московского Филарета (Дроздова) и его соратников (среди которых следует назвать выдающихся гебраистов Г.П.Павского (1787–1863) и Д.А.Хвольсона (1819–1911), которые внесли особенно большой вклад в перевод ветхозаветных книг с древнееврейского). В 1876 впервые вышла в свет полная Библия на русском языке в одном томе, изданная «по благословению святейшего Синода».

    Синодальное издание, которое по праву можно назвать «филаретовским», осталось каноническим вплоть до нашего времени. Оно непрерывно переиздавалось и переиздается, – за исключением советского периода, когда выпуск Св. Писания был на долгое время прекращен; первый в России после 1917 тираж русской Библии вышел в свет лишь в 1956, а второй, более крупный, – в 1968. После снятия цензурных запретов на богослужебную литературу новые тиражи Синодального перевода, а также Библии на церковнославянском, равно как и на языках народов СНГ, беспрецедентно увеличились (в том числе и при активном соучастии возрожденного Библейского общества). Большое число других, неканонических переводов отдельных книг или всего Ветхого или Нового Завета с древнееврейского и древнегреческого на русский, исполненных в 20 в., значительно обогатило как мировую библеистику, так и русскую научную и художественную словесность.

    Литература

    Астафьев Н.А. Опыт истории Библии в России. СПб, 1889
    Евсеев И.Е. Рукописное предание славянской Библии. СПб, 1911
    Чистович И.А. История перевода Библии на русский язык. М., 1997
    Камчатнов А.М. История и герменевтика славянской Библии. М., 1998
    Алексеев А.П. Текстология славянской Библии. СПб, 1999