Содержание статьи
    Также по теме

    БРАХМАДЖАЛА-СУТТА

    БРАХМАДЖАЛА-СУТТА (пали – «Наставление о сети Брахмы»), первая по порядку из сутт («наставления», «диалоги») Дигха-никаи, открывающая корпус Сутта-питаки (основная составляющая Палийского канона) (середина I тыс. до н.э.). Рамку наставления Брахмаджала-сутты составляет дискуссия паривраджака (странствующего философа) Суппии, порицавшего «Будду, учение и общину», и его ученика Брахмадатты, вызвавшая беспокойство монахов и ответную проповедь Будды о правильном отношении к хуле и похвале «внешних», в которой он дает оценку нравам и воззрениям своего времени. При этом от лица Будды излагаются общепринятые нормы морали «простых людей» и буддийская оценка как общепринятых норм, так и позиций «шраманов и брахманов».

    Сообщая монахам, за что к нему относятся с одобрением «простые люди», Будда перечисляет и те добродетели, которые в оценке «простых людей» соответствуют образу жизни «совершенного» и которыми не могут похвастаться современные ему учительствующие «шраманы и брахманы». Первая – это избежание вреждения живым существам (ахимса) и попечение о них; вторая – воздержание от присвоения того, что не дано, и довольство только добровольными пожертвованиями; третья – правдивость (ср. сатья), честность и избежание любой лжи; четвертая – избежание клеветы и миротворческая деятельность; пятая – благонравная, возвышенная и приятная для всех речь; шестая включает воздержание от празднословия, а также содержательность, умеренность и «украшенность» речи; остальные – умеренность в пище, отказ от зрелищ, предметов роскоши, серебра, золота и ненужных даров, целомудрие, брезгливое отношение к неблаговидным профессиям и нечестным способам обогащения, особенно к шарлатанству и мантике. Этот развернутый перечень составляет основное содержание «малого раздела о морали» и детализируется в «большом разделе о морали», где подробно излагаются порочные пристрастия «иных почтенных шраманов и брахманов» – особенно связанные с развлечениями, роскошью и предосудительными профессиями.

    Особое значение имеет классификация философских «доктрин» (вада) и «взглядов» (диттхи) раннебуддийской Индии. «Доктрины» и «взгляды», в рамках которых различаются еще и установки-«позиции» (ваттху), классифицируются прежде всего по отношению к «прошлому» (фактическому состоянию Атмана и мира) и к «будущему» (тому, что ожидает Атмана после смерти и на что он может рассчитывать еще при жизни). В связи с «прошлым» излагаются «взгляды», соответствующие учениям 1) о вечности (безначальности) Атмана и мира (в 4 позициях), 2) о полувечности Атмана и мира (в 4 позициях), 3) о конечности и, соответственно, бесконечности мира (в 4 позициях), 4) о случайном происхождении Атмана и мира (в 2 позициях) и 5) установки тех, кто вообще уклоняется от ответов на мировоззренческие вопросы и именуется «скользкими рыбами» (в 4 позициях). В связи с «будущим» различаются учения 6) о посмертной сознательности Атмана (в 16 позициях), 7) о посмертной его бессознательности (в 8 позициях), 8) о посмертной сознательности и бессознательности одновременно (в 8 позициях), 9) о разрушении Атмана после смерти тела (в 7 позициях) и 10) о возможности достижения высшего блага еще при жизни (в 5 позициях). В итоге вся панорама философских воззрений эпохи Будды представлена в 44 позициях, в которых различаются сами модусы философствования современников Будды.

    Несмотря на явные признаки схематизма и формализма, а также нумерологический характер исчислений этих позиций (для буддистов большие четные числа имели знаковый характер), в которых демонстрируются возможности тетралеммы (так, среди отстаивающих наличие у Атмана сознания после разрушения тела различаются те, кто настаивает на том, что он в этом состоянии обладает некоей «формой», или не обладает ею, или и обладает и не обладает, или не обладает и не не обладает и т.д.), сама проблематика философских дискуссий (наряду с указанным различием модусов философствования) соответствует философским интересам шраманской эпохи.

    Брахмаджала-сутта наглядно демонстрирует позиции раннебуддийской общины по отношению к морали, религии и философии шраманской эпохи. Так, Будда весьма невысоко оценивает даже похвалу в свой адрес с позиций общепринятых норм морали, заявляя: «...мелко, о монахи! ничтожно и соответствует лишь [обычной] морали то, за что простые люди хвалят Совершенного». Воззрения всех групп «философов» – всего лишь следствие беспокойного стремления тех, кого влечет жажда становления, их рассуждения основываются лишь на «контакте чувств с объектами», а сами они подобны рыбам, попадающим в сеть своих «взглядов». Их «бесполезным» умозрительным интересам Будда противопоставляет предметы своих интересов – все, о чем они учат, ему уже известно, равно как и то, к каким последствиям их приведут их взгляды; он же размышляет о высшем – об «успокоении», о «восходе» и «заходе» чувств и об избежании их активности.

    См. также АТМАН; АХИМСА; БРАХМАН; БУДДА И БУДДИЗМ; МОКША; НИРВАНА; НИХШРЕЯСА; САТЬЯ; ТРИПИТАКА.

    Владимир Шохин

    Литература

    Мюллер М. Шесть систем индийской философии. М., 1901
    Лысенко В.Г., Терентьев А.А., Шохин В.К. Ранняя буддийская философия. Философия джайнизма. М., 1994
    Шохин В. К. Первые философы Индии. М., 1997
    Шохин В.К. Буддийский пантеон в становлении (по текстам «Дигха-никаи»). – В кн.: Фольклор и мифология Востока в сравнительно-типологическом освещении. М., 1999