Также по теме

КОЛАКОВСКИЙ, ЛЕШЕК

КОЛАКОВСКИЙ, ЛЕШЕК (Kolakowski, Leszek) (1927–2009) - польский философ, писатель и публицист. Родился в 1927 в г.Радом. Образование получил в университетах Лодзи и Варшавы. В 1964–1968 – профессор Варшавского Университета; в 1966 исключен из ПОРП; после мартовских событий 1968 уволен с кафедры, отправился в эмиграцию; преподавал в McGill University в Монреале, в University of California в Беркли, в Institute for Social Research в Чикаго; с 1970 – профессор Оксфордского университета; с 1991 член Польской Академии Наук.

Историко-философские исследования.

В своих ранних работах – Очерки о католической философии (Szkice o filozofii katolickiej, 1955), Лекции о философии средневековья (Wykładach o filozofii średniowiecznej, 1956); Личность и бесконечность. Свобода и антиномия свободы в философии Спинозы (Jednostka i nieskończoność. Wolność i antynomie w filozofii Spinozy, 1958) и др. выступал с марксистской точки зрения. Прослеживал развитие философской мысли на фоне социальных, идеологических и культурных процессов, начиная с Тертуллиана и древней философии стран востока. Колаковский не соглашался с утверждением, что философия средневековья исчерпывается апологетикой, свойственной католической ортодоксии, и находил в ней «зародыши материализма и рационализма», указывая на «процессы, способствовавшие освобождению науки из под нажима теологии и религии... готовящие последующее развитие материалистической и атеистической философии Нового времени», противопоставлял антропоцентрический гуманизм теоцентрической концепции человека, типичной для томизма и персонализма в христианской философии первой половины 20 в.

В работе Личность и бесконечность. Свобода и антиномия свободы в философии Спинозы (Jednostka i nieskończoność. Wolność i antynomie w filozofii Spinozy, 1958) рассматривал основные черты учения Спинозы: его логику, теорию познания, онтологию, номинализм, пантеизм, понятие существования, свободу и теорию Бога и т.д.

Изучению различных сторон позитивистской мысли и стремлению «наиболее значимые точки из истории позитивистской мысли показать как повторяющиеся фрагменты культурных формаций, в которых они возникали» посвящена работа Философия позитивизма. От Юма до Венского кружка….. (Filozofia pozytywistyczna. Od Hume'a do Koła Wiedeńskiego (1966). Общефилософские антропологические воззрения автора явно прослеживаются в изданных во время эмиграции на английском и польском языках работах – Гуссерль и поиск уверенности (Husserl i poszukiwanie pewności, 1957) и Бергсон (Bergson, 1985). В первой разрабатывается «проблема уверенности», вокруг которой сосредоточено феноменологическое мышление. Колаковский доказывает, почему «попытка открытия непреклонной, абсолютно нерушимой основы познания» потерпела неудачу, хотя и не была бесполезной. Он пишет: «поиски уверенности не надо считать самостоятельной проблемой, она имеет смысл только как частица наших усилий открыть смысл человеческого бытия: кто мы, откуда пришли, куда идем? Согласно мнению автора, если «невозможна никакая эпистемология, – все что нам остается – это „слушать Бога"».

Во второй книге рассматриваются противоречия между требованием системности в философии Бергсона и признанием автономии человеческой субъективности.

Работа Религиозное сознание и церковь. Изучение христианства без вероисповедания 17 века. (Świadomość religijna i więź kościelna. Studia nad chrześcijaństwem bezwyznaniowym siedemnastego wieku, 1965) содержит теоретический анализ янсенизма – религиозного течения в Голландии, генетически возникшего из лютеранства, кальвинизма и цвинглианства и известного как вторая реформация 17 столетия (см. также ЯНСЕНИЙ, КОРНЕЛИЙ). Это радикальное течение, считающееся католической церковью еретическим, предполагает «прочный антагонизм между основными ценностями христианства и верующими», содержит в себе «фундаментальное отрицание самой идеи Церкви».

Методологический подход Колаковского, основанный на соединении исторического описания и философской интерпретации с методами структурализма и герменевтики, позволяет представить разногласие религиозного сознания и церкви как предмет размышлений философа, приближающегося к убеждению, что субъектом религии, экзистенции, культуры является сам человек.

К этой проблематике он возвратился в работе 1994 Бог ничем нам не обязан. Краткое замечание о религии Паскаля и духе янсенизма. (Bóg nam nic nie jest dłużny. Krótka uwaga o religii Pascala i o duchu jansenizmu).

Герменевтическим метод, примененный к творчеству Паскаля, ищущего выход из разногласий между картезианством и иезуитской теологией, позволил найти ответы на многие вопросы: является ли Паскаль экзистенциалистом, насколько его философия «современна» и т.п. Подтверждая несомненную для Паскаля мысль, что «вера является актом, в котором присутствует Бог и человеческое сердце», Колаковский говорит, что религия Паскаля, который был уверен в счастьи людей, нашедших Бога, – была предназначена для несчастливых людей и, по сути дела, должна была делать их еще более несчастливыми.

Религиозная проблематика

занимает одно из ведущих мест в его философских исследованиях. Если в ранних работах заметны идеи Просвещения и романтически-прометейский мятеж против Бога, идеи отчуждения Фейербаха, Маркса, Ницше, то впоследствии, под влиянием Р.Отто, П.Тиллиха, он отказывается от ранней теории религии как отчуждения и сосредоточивается на изучении антропологической, социальной, культурной ее сторон. Эта перемена видна в работах Религиозные символы и культура гуманизма (Symbole religijne a kultura humanistyczna, 1964); Иисус Христос – пророк и реформатор (Jezus Chrystus – prorok i reformator, 1965); Mircea Eliade: religia jako paraliż czasu, 1966. В 1970–1980 теория религии Колаковского уточняется, ее основные тезисы – в итоговым в этом отношении сочинении Если Бога нет… О Боге, Дьяволе, грехе и иных горестях так называемой философии религии. (Jeśli Boga nie ma... O Bogu, Diable, Grzechu i innych zmartwieniach tak zwanej filozofii religii (на английским, 1982). Религия является «социально установленным культом вечной действительности» и может быть предметом философских и научных исследований только как антропогенетическое и культурное явление. Выделяя различные проявления культа, принимает мистические переживания как наиболее подлинные проявления каждой из религий. Он говорит о невозможности ее четкого определения, конструирования понятия религии с ее плавучими границами, соприкасающимися с другими сущностями антропологического и культурного порядка.

В сравнении с кантианством, Колаковский придерживался мнения, что доказать существование Бога эмпирически невозможно. Можно его признать, опираясь на силу веры. Ссылаясь на Достоевского: «Если нет Бога, все допустимо», он убежден, что без Бога в мире не стало бы порядка, не существовало бы добра и зла, а релятивизм занял бы место абсолютных законов.

Считал религию основным стимулом развития культуры. «Отсутствие религиозного контекста ведет культуру к стагнации. Устранение конфликта sacrum – profanum ликвидирует напряжение, существенное для ее возникновения, прочности и динамизма».

Культура.

К проблемам культуры подходил и как историк, и как философ религий, и как этик. Системный взгляд, типичный для его исследований культуры – в работах: Культура и фетиш (Kultura i fetysze, (1967); Реальность мифа (Obecność mitu, 1977, Париж, 1972) и других. Культуру рассматривал как попытку преодоления чувства отчуждения от мира, желание наладить с ним практическую и познавательную связь. Практическую задачу исполняют технология и наука, познавательную – мифы и символы. Составными частями культуры являются религия, обычай, мораль, правосудие, искусство и т.д.