Также по теме

БАСИЛАШВИЛИ, ОЛЕГ ВАЛЕРИАНОВИЧ

БАСИЛАШВИЛИ, ОЛЕГ ВАЛЕРИАНОВИЧ (р.1934), народный артист РСФСР (1984), лауреат Государственной Премии, актер мхатовской школы.

В Ленинградском Театре имени Ленинского комсомола

Родился 26 сентября 1934 в Москве. Окончил в 1956 Школу-студию МХАТ (курс П.В.Массальского). Был распределен в Сталинградский театр, однако столкнувшись с нацеленностью руководства театра на штампы и ремесло, отказался от работы в нем. С 1957 – артист Ленинградского Театра имени Ленинского комсомола. Его первые шаги в творчестве совпали со временем обновления в жизни страны, в том числе в сфере театральной культуры. В этом смысле Басилашвили – человек поколения, давшего плеяду звезд. Его творчество неотделимо от взаимодействия с такими актерами, как Т.Доронина, С.Юрский, К.Лавров, П.Луспекаев, А.Фрейндлих и др. Большое влияние на судьбу О.Басилашвили оказал Г.А. Товстоногов. В тот период театр находился в расцвете, отличаясь постановочной и исполнительской культурой, слаженностью ансамбля. На сцене ведущих театров страны утвердился новый молодой герой, искренний, освобожденный от театральных штампов внешнего «героизма», несущий правду и поиски сегодняшнего дня. В этом ключе им была сыграна первая роль, изобретателя Гоши (Чудесный сплав В.Киршона) – неунывающий, немного комичный в своей одержимости изобретатель и мечтатель. Совсем в другом – роль слабохарактерного ученого, обезличенного мещанским влиянием жены (В поисках радости В.Розов). А также – Обломов (Обломов А.Гончарова). В этих спектаклях начал складываться лирический дуэт Басилашвили и Т.Дорониной. В их дуэте явно лидировало переизбыточное в своем лиризме, эмоциональное доронинское начало. Интеллигентная сдержанность Басилашвили служила своего рода тонким аккомпанементом. Он подспудно искал своего героя, своего способа существования на сцене, своего метода работы. Он интуитивно почувствовал, что «играть хороших, симпатичных парней, положительных героев, видимо, не его удел. Чужой материал. Работа впустую. Не спасает природная органичность, не помогает сценическое обаяние», – вспоминал театровед Э.Я.Яснец.

Басилашвили Олег Валерианович. Российский Государственный Академический Большой драматический театр имени Г.А. Товстоногова

В Большом драматическом театре

С начала сезона 1959–1960 Басилашвили и Доронина приглашены в Большой драматический театр. Ему не с первой роли удалось обрести свой неповторимый голос, найти необходимые краски. Главное для актера в тот период – большая внутренняя работа, вызванная каждодневным репетиционным процессом с Г.А.Товстоноговым. Глубина поставленных им действенных задач не может не подтолкнуть его к органичному решению образа, вызвать импровизационное самочувствие, пластически точный жест. Школа Товстоногова продолжала и обогащала на современном уровне то, чему учили мастера МХАТ в школе-студии. Так на сцене БДТ постепенно складывался ни с чем не сравнимый товстоноговский ансамбль, в котором Басилашвили вскоре занял свое достойное место. Первая его заметная роль в репертуаре театра – морской офицер Куклин в пьесе А.Штейна Океан (1961). Куклин-Басилашвили был своего рода примиряющим центром между бунтарем Часовниковым в исполнении С.Юрского и деловито целеустремленным, принципиальным Платоновым (К.Лавровым.)

Его герой

Не случайно, что чеховский репертуар станет своим для актера. Драматизм повседневности был органичным для Басилашвили, который сыграл две главные роли в пьесах Чехова с промежутком в 17 лет: Андрея Прозорова в спектакле Три сестры (1965) и Ивана Войницкого в спектакле Дядя Ваня (1982). Роль Андрея стала его высшим достижением в 1960-е, его «партия» подчеркивила тему неравного поединка интеллигентных, утонченных чеховских героев с грубой действительностью. В ходе борьбы герои предают не только себя, как Андрей, зарывающий в пошлой обыденности свой незаурядный талант, но и друг друга. И шаг за шагом сдает в себе человека, мельчает, опошляется, теряя всю свою привлекательность, меняясь до неузнаваемости даже внешне, пластически. Более поздний его герой, Войницкий, посягает на бунт, даже на убийство врага своего таланта. Но это лишь нервная вспышка духовно сломленной личности. Люди талантливые, интеллигентные, чистые, но слабые духом, отрицающие путь борьбы, осознанно плывущие по течению – одна из линий творчества Басилашвили.

Хлестаков и другие

Особым блеском отличается его комедийное дарование. Чувство смешного, тонкий юмор всегда были развиты у актера. Вершиной его комедийного мастерства стали такие роли, как Хлестаков в гоголевском Ревизоре, Джингль в Пиквикском клубе по Ч.Диккенсу, Лыняев и Мамаев в комедиях Островского Волки и овцы и На всякого мудреца довольно простоты. Они были поставлены в 1970–1980-х и несли в себе следы новых поисков Товстоногова, прежде всего в области театральной формы. Для этих постановок характерна безудержная стихия игры, фантазии. Так актер в роли Хлестакова добивается сгущенной до гиперболы формы существования своего героя, утонченной эксцентрики.

В чем-то сходно с Хлестаковым поведение другого комедийного персонажа – Джингля из спектакля по Ч.Диккенсу (1976). Джингль – тот же плут, обладающий даром почти всерьез верить в свои россказни, получая от них удовольствие. Внешний облик Джингля-Басилашвили был почти клоунский: ядовитая пародия на страдающего красавца-англичанина с байроническим уклоном. Маска, найденная актером, рождала массу ассоциаций. Грим, скопированный Басилашвили у своего учителя П.Массальского, напоминал также и фантастического Хлестакова в исполнении Э.Гарина. в знаменитой постановке В.Мейерхольда в 1926. Напоминал Джингль и трагикомическую маску Марселя Марсо с резко опущенными уголками рта «горестного плута», образ-метафора. Почти все актеры Г.А.Товстоногова прошли еще в середине 1960-х школу театра Б.Брехта с его принципом «отсранения», «отчуждения». Русская актерская школа по своему интерпретирует эти приемы. Ярко прозвучала постановка История лошади (1972), где Басилашвили сыграл роль князя Серпуховского, блестящего, лоснящегося внешне и абсолютно никчемного изнутри. Иронический гротеск возникал из особенности сценического существования актера: он показывал свой персонаж восторженными глазами любящей его лошади. Сатирические герои Островского, Лыняев и Мамаев, привлекают своей детской наивностью, незамутненностью мысли. Несколько раньше, в 1976, сыгранный им адвокат Басов в спектакле Дачники по пьесе А.М.Горького, призывал к необходимости простого, детского взгляда на мир.

Телевидение, кино, антреприза

Способность соединять органическое существование в образе с четкой оценкой проявилось у него со всей очевидностью в ролях на телевидении. «Телевидение раскрыло Басилашвили как мастера интонационных подробностей и нюансов», – писал исследователь его творчества. Актер умеет раскрыть всю палитру человеческой глупости и ограниченности, при этом не лишая своего героя человеческого обаяния. Таким был его Манилов, сыгранный на ленинградской телестудии в постановке А.Белинского (Мертвые души,1969).