ФРЕЙНДЛИХ, АЛИСА БРУНОВНА

ФРЕЙНДЛИХ, АЛИСА БРУНОВНА (род. 1934), русская актриса театра и кино. Лауреат Госпремии РСФСР (1976), Народная артистка СССР (1981), награждена Орденом Трудового Красного Знамени (1986).

Алиса Фрейндлих родилась 8 декабря 1934 в Ленинграде. Семья жила в коммунальной квартире. Алиса Бруновна вспоминает: «Я родилась в доме на Исакиевской площади. Из окон нашей квартиры был хорошо виден собор, а в пяти минутах ходьбы от дома стоял знаменитый Медный всадник и открывался захватывающий душу своей какой-то сверхкрасотой вид на Неву. Очарование моего города с детства вошло в душу и околдовало на всю дальнейшую жизнь...». Всю войну Алиса прожила в городе на Неве. Только в декабре 1945 они переехали с мамой в Таллинн к родственникам, где прожили до лета 1948.

В 1953 Алиса оканчивает школу в Ленинграде и поступает в Ленинградский Театральный институт им. А.Островского (Курс Б.В.Зона). Через четыре года руководитель курса на фотографии, подаренной юной актрисе, оставил надпись: «Милая Алиса! Вы не смеете оставить втуне ни одну из Ваших склонностей: играть, читать, петь, танцевать. Только в таком случае Вы всюду поспеете и будете счастливы (Ленинград, июнь, 1957 год)».

В 1957 Алиса Фрейндлих зачислена в труппу Театра им. В.Ф.Комиссаржевской, где играет в спектаклях по пьесам классических (В.Шекспир, Тирсо де Молина, К.Гоцци) и современных (А.Галич, О.Берггольц) драматургов.

С 1962 по 1981 А.Фрейндлих – актриса Театра им. Ленсовета. Роль Элизы Дулиттл в Пигмалионе Б.Шоу была серьезным испытанием для Фрейндлих. Казалось бы, она дает полный простор для раскрытия всех особенностей ее дарования, вместе с тем здесь могла оказаться неуместной ее привычка расцвечивать роль актерскими «придумками». Но Фрейндлих попыталась найти единую тему роли, настоящую цельность образа, не раздробив его на множество ярких кусочков и подробностей. Элиза-Фрейндлих могла бы показаться жалкой: маленькая, хрупкая, недоверчивая, интуитивно ощущающая одиночество в мире, где она, по сути дела, никому не нужна и никому не интересна. Но в этом своем одиночестве, в отчаянных, почти судорожных усилиях борьбы за существование она ухитряется сохранять и яростно защищать свое человеческое достоинство.

Роль Тани в спектакле по одноименной пьесе А.Арбузова (1963) – еще одна яркая работа актрисы. Таня-Фрейндлих ребячливо лукава, очаровательно весела, пока ею не сделано страшное открытие – Герман любит другую. Таня поражена этим открытием, и кажется, что именно в эту секунду она замкнулась, обиделась на всех людей. Она не стала злой, в ее сердце поселилась горечь. Да, она не торопится откликаться на человеческую радость и печаль, она не так доверчива, ибо все поверяет живущим в ее душе высоким нравственным идеалом. В роли Тани Фрейндлих как раз и рассказывает о том, как человек растет духовно, нравственно, о том, как к нему приходит зрелость. Но духовный, нравственный рост вовсе не означает возвращения к безоблачному оптимизму юности, а зрелость почти всегда сопряжена с грустью.

Еще больше горечи Фрейндлих находит в послевоенной пьесе Арбузова, в роли Лики (Мой бедный Марат, 1965). Если Таня-Фрейндлих, уйдя от Германа, чтобы оградить свою любовь от лжи, по сути дела, не менялась в своем существе и цельности, то здесь роль резко делится на две части, на две половины: Лика юная и Лика зрелая, взрослая. В юной Лике–Фрейндлих множество тончайших комедийных деталей, находок, подробностей, которые все работают на одну мысль – неистребима, неугасима радость жизни, юности, надежды. И вот через четыре года она принесла в жертву свою любовь, то чувство, которое спасло ее в блокадную зиму. Она решилась на компромисс, пусть во имя как будто бы благородной цели… Лика спустя семнадцать лет. Теперь ее жизнь вполне благополучна. Но Фрейндлих почти с беспощадной резкостью обнажает деловитую бесцветность, заурядность Лики, ее скептическую усталость.

Джульетта-А.Фрейндлих (Ромео и Джульетта, 1964) держит и Ромео, и зрителя в томительно-радостном ожидании открытий. Она открывает мир окрыляющей влюбленности силой взлета чувств и высоких откровений. Эта Джульетта подводит зрителя к той черте, где любовь становится символом, а смерть не безумным горестным итогом, а утверждением святыни, воздвигнутой в сердце.

Через несколько лет Фрейндлих сыграет другую, теперь уже комедийную шекспировскую роль – Катарину в Укрощении строптивой (1970). Спектакль, поставленный И.Владимировым, решен в плане озорного и чуть грубоватого мюзикла, подчеркнуто буффонадной игры. В Катарине-Фрейндлих нет черт прекрасной ренессансной женщины. Эта рыжая девчонка, угловатая, с визгливыми интонациями, некрасивая в минуты ярости, когда кажется, что она может драться, царапаться, кусаться, как обозленный зверек. Но все-таки Катарина – умница, отлично понимающая безвыходность и даже унизительность своего положения, тех ситуаций, в которые ставит ее грубая воля Петруччио. Катарина-Фрейндлих – маленькая рыжая клоунесса, не щадящая себя и бесконечно артистичная в этой эстетике драк, потасовок, падений, песенок и трюков. В этом неистовом, но по-своему изящном искажении женственности, женского достоинства есть дерзкий вызов прямолинейности Петруччио, владеющему нехитрой системой укрощения. Но где-то в глубине души тоже таится грусть, грусть от того, что приходится прибегать к таким грубым способам защиты, чтобы защитить свою любовь и неразрывно связанное с нею чувство человеческого достоинства.