Содержание статьи
    Также по теме

    НЯКРОШЮС, ЭЙМУНТАС

    НЯКРОШЮС, ЭЙМУНТАС (р.1952), литовский режиссер, заслуженный деятель искусств Литовской ССР, Почетный Президент международного театрального фестиваля «Лайф» (1994–1998). Основатель театра «Менофортас» (1998). Лауреат многих национальных и международных театральных фестивалей, лауреат Государственной Премии Литовской ССР (1983), Государственной Премии СССР (1987), Государственной Премии РФ (1999), национальной премии «Золотая Маска», международной премии Союза театров Европы «Новая театральная реальность в Европе» (1991). В 1992 признан лучшим режиссером Европы Союзом театров Европы.

    Родился 21 ноября 1952 в Жемайтии, на хуторе Шилува, в крестьянской семье, где провел первые восемнадцать лет свой жизни. Поступил в Вильнюсскую государственную Консерваторию на курс Д.Тамулявичуте и В.Чибираса, через год приехал в Москву, где поступил на режиссерское отделение ГИТИСа к А.А.Гончарову. Большое впечатление произвели спектакли Р.Стуруа, А.Эфроса. «Я – шестидесятник, я родом из того времени», – признается режиссер.

    Работал в Драматическом театре Каунаса, затем – в Вильнюсском Молодежном театре (1978–1992), основанном в 1966 как первый нонконформистский театр послевоенной Литвы. Своим первым учителем считает главного режиссера этого театра Д.Тамулявичуте, у которой работал в 1977–1992. В Молодежном театре сформировался его стиль и метод, там он выпустил спектакли, прославившие и режиссера, и театр. Дипломной работой стал Вкус меда Ш.Дилени, 1978. Затем поставил ставшие знаменитыми спектакли Квадрат В.Елисеевой, 1983, И дольше века длится день по Ч.Айтматову, 1984, Государственная Премия РСФСР, Пиросмани, Пиросмани В.Коростылева, 1986, Дядя Ваня, 1986 А.Чехова, Иванов, 1988 А.Чехова, рок-оперу К.Антанелиса Любовь и смерть в Вероне, 1990, Кошка за дверью, 1990, Нос Н.Гоголя, 1991.

    Создал театр самобытной сценической метафоры, в котором обходится минимумом текста и актеров (постоянно заняты лишь несколько актеров: А.Латенас, В.Багдонас, К.Сморигинас), а главную роль в спектакле играют оформление, светорежиссура, музыка, пластическое решение. Союзники Някрошюса – художники А.Яцовскис, Н.Гультяева, М.Някрошюс (жена и сын режиссера). Так рождаются спектакли-притчи, в которых режиссер демонстрирует виртуозное владение сценическим пространством, ритмами, объемом, звуком. Фирменный знак его театра – стихии огня и воды, это живой огонь, белый дождь (из сахара, муки, песка). Вечно актуальные Пушкин, Гоголь, Айтматов и, в особенности, Чехов и Шекспир стали основным драматургическим материалом Някрошюса. Тетралогия из чеховских спектаклей и трилогия из спектаклей Шекспира – главное его создание.

    В 1994–1998 сотрудничал с театром при вильнюсском международном фестивале «Лайф», где поставил Маленькие трагедии А.С.Пушкина (1994), который, правда не принадлежит к числу крупных удач из-за перенасыщения действия символами и потери лаконизма формы. В 1995 выпустил Трех сестер А.Чехова, они были показаны на втором Чеховском фестивале в 1996. Метафоричность этого спектакля многими была воспринята как реакция на распад СССР: в нем читалось разрушение дома-империи, уход чужой армии, возникновение на развалинах дома трех автономных домиков, поэтому критики обвиняли режиссера в вольном толковании Чехова, в навязчивости символов.

    В 1997 состоялась этапная для Някрошюса постановка Гамлета, в главной роли выступил рок-певец А.Мамованатас, подросток в вытянутом свитере с панковским ежиком и серьгой в ухе. По собственному признанию, режиссер долго не решался ставить Гамлета (уже были прецеденты, когда Някрошюс отказался показать публике фактически готовых Короля Лира и Кармен с И.Дапкунайте в главных ролях). «Очень уж большая ответственность. Ведь куда еще выше? В нем – все проблемы, которые или решаешь, или не решаешь», – признавался Някрошюс. Получился шокирующий триллер о пире смерти, о жестоком промороженном времени, о предательстве и бескрайнем одиночестве, где нет места любви. Ледяной дождь, падающий на Гамлета – главная метафора спектакля. В 1999 – снова Шекспир. Макбет стал событием фестиваля «Балтийский дом». Один из самых гармоничных и простых спектаклей поставлен уже в другом театре «Менофортас» (в 2000 театр принят в Союз театров Европы). Макбет в его постановке – это минимализм сценографии и экстремальность образов. На практически пустой сцене ритм, пластика, свет, музыка (тишина не наступает ни на мгновение) создают точные и выразительные метафоры и мизансцены. В финальной сцене отрубленная голова Макбета превращается в раскаленный камень, которую ведьмы бросают в чан с водой, и пар точно служит занавесом этому спектаклю (приз за лучший зарубежный спектакль на фестивале «Золотая маска», 2000).

    Еще два спектакля в «Менофортасе» выпустил в 2001: Отелло, показанный на Всемирной театральной олимпиаде в Москве (приз критики фестиваля «Балтийский дом», ежегодная Международная театральная премия Станиславского «За вклад в развитие мирового театра»), и Чайка с итальянским актерами в театре «Метастазио» г. Прато. Оба спектакля участвовали в фестивале «Балтийский дом» 2001 в Петербурге. Чайку мэтр поставил как рассказ о любви от ее зарождения до гибели, в Италии, для актеров Школы профессионалов, в которой каждое лето проходят мастер-классы известных режиссеров (именно в Италии Някрошюс получил театральную премию Убу/Ubu). Отелло – третий спектакль по Шекспиру (после Гамлета и Макбета). Этот пятичасовой спектакль об ослеплении любовью, бесконечный и красивый, был впервые показан на Венецианской биеннале. Сложнейшая символика Отелло (вода, огонь, песок, лоханки-корабли, они же гробы и т.д.) сплетается, как всегда у Някрошюса, в точно выверенное пространство метафор, в котором слово играет не самую главную роль.

    В 2003 состоялась премьера Вишневого сада А.П.Чехова (к 100-летию пьесы и 140-летию К.С.Станиславского, режиссер поставил спектакль вместе с Фондом Станиславского в Москве). Это антреприза с русскими актерами. Ранее Някрошюс поставил четыре спектакля по пьесам Чехова: Иванов, Дядя Ваня, Три сестры и итальянская Чайка. Его первая постановка Вишневого сада представляет собой шестичасовое действо, подготовленное за весьма краткий репетиционный период. Это – первая работа Някрошюса в России, он никогда ранее не работал с русскими актерами. Здесь занято непривычно много актеров, в том числе четыре звезды: Л.Максакова, Е.Миронов, В.Ильин, А.Петренко. Пьеса, которую Чехов называл комедией, Художественный театр – драмой, в постановке Э.Някрошюса прозвучала трагедией. Он заставляет зрителей пересмотреть традиционную трактовку образа Лопахина-губителя Вишневого Сада. Не один он, «новый русский», собирается ударить топором по деревьям дворянских усадеб. Сад погубили и сами его хозяева – неуклюжие, несчастливые, не справившиеся с жизнью люди. К миру сценических иероглифов Някрошюса прибавилась оправа гигантского сломанного пенсне, символ гибели героев, а может быть, отказа автора видеть мир по-чеховски. Сопряжения русской психологической школы с литовским метафорическим театром не произошло, но спектакль – несомненное событие в жизни и российской, и мировой сцены. Постановкой Вишневого сада завершил свой чеховский цикл, а новой версией рок-оперы Ромео и Джульетты – литовскую Шекспириану. В 2002 вернулся к Шекспиру в опере, поставив во флорентийском театре Коммунале оперу Дж.Верди Макбет. Это первая работа режиссера в опере.