СТРЕПЕТОВА, ПЕЛАГЕЯ АНТИПЬЕВНА

СТРЕПЕТОВА, ПЕЛАГЕЯ АНТИПЬЕВНА (1850–1903), трагическая актриса второй половины 19 в., создавшая образ простой, страдающей и протестующей женщины России.

Выбранный путь.

Родилась 4 (?) октября 1850 в Нижнем Новгороде в семье театрального парикмахера, удочерившей «подкидыша» и давшей ей свою фамилию. Своим днем рождения считала день, когда ее нашли приемные родители. Образования не получила. С 7 лет выходила на сцену нижегородского театра в детских ролях. Впечатление на эмоциональную девочку произвело выступление гастролирующей в Н.Новгороде московской знаменитости Л.П.Никулиной-Косицкой. Она стала своего рода эталоном для юной Стрепетовой, которая повзрослев, стала продолжательницей, созданной Никулиной традиции сочувственного, поэтичного изображения русской женщины, мечтающей и любящей, страдающей, а также отстаивающей свою любовь. Ее взросление происходило на самых различных провинциальных подмостках России. Играть приходилось все, в основном, оперетки и водевили. Если другие начинающие артисты оттачивали на них свое мастерство, Стрепетовой этот жанр не давался, а свой репертуар она обнаружила не сразу. Переломным стал для нее год, когда удалось поступить на самарскую сцену. Именно в Самаре Стрепетова выступила в ролях, где проявилась ее индивидуальность: Верочка (Ребенок П.Д.Боборыкина), Лиза (Горе от ума А.С.Грибоедова), Дуня (Не в свои сани не садись А.Н.Островского) и, наконец, Лизаветта (Горькая судьбина А.Ф.Писемского).

Рождение темы.

С самого начала Стрепетова заявила о себе как актриса одной большой темы. В этом была ее несомненная сила, в этом крылась и слабость ее, как художника. Ее трагические героини жили отчаянием сопротивления, отстаивая свою любовь до конца. Они защищали свое право на большое чувство. Чувство пробуждало их души от спячки, пробуждало их незаурядные силы, преодолевало униженность.

Лучшие роли актрисы.

Этапной стала роль Аннеты из Семейных расчетов (Н.И. и Н.Н.Куликовы), также сопровождавшая актрису на протяжении всей творческой жизни. Образ Аннеты давался Стрепетовой в развитии – от жизнерадостного доверчивого полуребенка до сломленной взрослыми расчетами девушки, лишенной детства и дома и обманом выданной замуж.

1871 – год признания таланта Стрепетовой и ее трагического искусства совпал с большими общественными событиями. С этого времени ее роли пронизывает обличительный пафос, что притягивает к ее творчеству интеллигенцию и студенчество.

Всю жизнь Стрепетову преследовал репертуарный голод, связанный с особенностью ее дарования. Отсутствие школы и навыков сценического мастерства заменялись интуитивными прозрениями и находками. Точно обозначил ее границы Островский, знаток законов сцены: «Как природный талант это явление редкое, феноменальное, но сфера, в которой ее талант может проявляться с особенным блеском, чрезвычайно узка… Болезненная, бедная физическими силами, неправильно сложенная, она из сценических средств имеет только гибкий, послушный голос и дивной выразительности глаза. Она не имела школы, не видала образцов и молодость свою провела в провинции; при ее средствах ей доступны только те роли драматического репертуара, где не требуется ни красоты, ни грации, ни изящных манер, ни величавой представительности. Ее среда – женщины низшего и среднего классов общества; ее пафос – простые сильные страсти; ее торжество – проявление в женщине природных инстинктов – стихийных сил».

Роль Катерины в творчестве Стрепетовой.

Одна из самых любимых и важных для нее ролей – Катерина из Грозы Островского. Актриса подчеркивала колоссальный внутренний конфликт Катерины, борьбы в ее душе двух начал: стихийно проснувшейся страсти и догматов поведения. На протяжении ряда лет роль Катерины в ее исполнении менялась, эволюционировала, в зависимости от общественных настроений и ее состояния. Пора расцвета искусства Стрепетовой пришлась на рубеж 1870–1880-х годов на волне общественного подъема, совпавшего с художественной зрелостью актрисы. В эти годы роль Катерины в ее исполнении наполнялась особым смыслом. Она бросала открытый вызов силам, погубившим Катерину. Но уже в 1880-х произошел общественный спад, интерес к революционному народничеству исчерпал себя, и, потерявшая свою почву Стрепетова, все больше акцентировала внимание на болезненной экзальтации героини. На закате ее творчества произошел непоправимый надлом.