Также по теме

НОВЫЕ РУССКИЕ

НОВЫЕ РУССКИЕ – понятие, возникшее для обозначения нового социального слоя, появившегося в России в конце перестройки, на фоне распада Советского общества и становления рыночной экономики. В самом общем смысле понятие «новые русские» вбирает в себя слой средних и крупных предпринимателей и крупный менеджмент. Отличительные черты новых русских – наличие «своего дела» (или высоко оплачиваемой работы в крупной корпорации), высокий (по советским меркам немыслимый) уровень доходов и специфический, новорусский образ жизни.

Впервые словосочетание «новые русские» появилось в публикации газеты «Коммерсантъ» в 1992. Предыстория понятия «новые русские» связана с именем американского журналиста Хендрика Смита, написавшего в конце 1980-х книгу с одноименным названием. Переведенное с английского, понятие «новые русские» было подхвачено и прочно утвердилось в современном русском языке. Успешное вхождение образа «новых русских» в отечественную культуру свидетельствовало о том, что это понятие отвечало на потребность общества в обозначении и осознании нового важного явления, ознаменовавшего собой наступление постсоветской реальности.

По преимуществу, словосочетание «новые русские» относится к публицистическому контексту. Оно не представляет собой строгого научного понятия. Это достаточно расплывчатый, собирательный образ, который несет в себе существенную оценочную компоненту. В то же время, образ «новые русские» утвердился в отечественной культуре. Поэтому, отдавая дань культурной традиции, специалисты, рассматривающие процессы становления предпринимательства в постсоветской России (философы, социологи, экономисты, культурологи, психологи, политологи), используют образ «новые русские» чаще всего в популярных изданиях.

Существенно различаются два измерения описываемого явления. «Новые русские» как собирательное понятие, выражающее некоторую социальную, экономическую и культурную реальность (или явление «новые русские») и мифологический образ «новых русских», сложившийся в российском обществе.

«Новые русские» как явление.

Поскольку «новые русские» представляют собой расплывчатое социальное образование, существуют разночтения в определении границ данного явления. Социологи относят к «новым русским» и класс предпринимателей как целое, и бизнес элиту современного российского общества, и так называемый «средний класс». К «новым русским», как правило, не относят малый бизнес и олигархов.

«Новые русские» появляются в недрах позднесоветского общества. Первыми были, так называемые, «цеховики» или владельцы нелегальных подпольных производств, занятых выпуском дефицитной продукции. В конце 1980-х, во времена перестройки частнопредпринимательская деятельность легализуется в формах кооперативного движения. В то же время (1987–1988) на базе столичных райкомов ВЛКСМ создаются Центры научно-технического творчества молодежи (ЦНТТМ), которые явились первыми бизнес-структурами в СССР. ЦНТТМ положили начало процессу обмена номенклатурной власти на собственность. В бизнес потянулись партийные и советские работники, чиновники, энергичные хозяйственники, отставные офицеры советской армии, КГБ и МВД. Параллельно с потоком выходцев из номенклатуры, в бизнес устремились представители всех слоев общества. Предприимчивые инженеры, научные работники, врачи, учителя, спортсмены, обладавшие способностями к коммерческой деятельности, запасом энергии и честолюбием открывали собственное дело. Следующий поток, формирующий слоя предпринимателей, связан с криминалитетом. Структуры оргпреступности брали на себя функции охраны и покровительства коммерческих предприятий (так называемое «крышевание») облагая их существенными поборами. «Крышевание», а также торговля нелегальными товарами и услугами (оружие, наркотики, устранение конкурентов и др.) стали способом накопления первоначального капитала, который переводился затем в формы легального бизнеса.

Складывавшееся из этих социальных потоков сообщество предпринимателей в 1992 стали называть «новые русские». Далее, по мере разворачивания процессов приватизации, слой предпринимателей сконцентрировал в своих руках большую часть экономики РФ. Так за 10–12 лет в стране сложился новый, достаточно замкнутый социальный слой со своей жизненной философией, системой ценностей, особой субкультурой. Новая социальная категория пережила все стадии формирования и создала свой стиль и образ жизни, сформировала вкусы, формы общения, модели отдыха и т.д.

Объективные характеристики сообщества предпринимателей исследуют социологи. В бывших социалистических странах число внезапно разбогатевших людей, составляющих особую субкультуру, варьируется от 1 до 5–10% населения. По данным Ольги Крыштановской (руководитель сектора изучения элиты Института социологии РАН) в середине 1990-х средний возраст типичного представителя бизнес-элиты составлял 42 года. 78% из них горожане, 93% имеют высшее образование или различные ученые степени. Эти люди абсолютные трудоголики, работающие по 12 часов в сутки шесть дней в неделю. Отдых составляет не более одной недели в году, 87% опрошенных предпочитает отдыхать за рубежом.

Фундаментальная особенность формирования «новых русских» состояла в том, что эта социокультурная общность возникла на голом месте. К концу 1980-х не существовала (была пресечена три поколения назад) культурная традиция российского предпринимательства. Как советская идеология, так и патриархальная культурная традиция (из которой выросла большая часть советского общества) были уравнительными. Индивидуальная экономическая активность не приветствовалась, предпринимательская деятельность рассматривалась как уголовное преступление, а имущественное расслоение общества – как безусловное социальное зло.

Особое отторжение предпринимательских ценностей продемонстрировала советская интеллигенция, воспроизводившая унаследованное от дворянства барственное неприятие разбогатевших «Тит Титычей». Шестидесятнический культ непрактичности и устремленности к миру духовных ценностей отторгал «нового русского». Интеллигентское неприятие предпринимателей задавалось так же и тем, что переход к рыночной экономике привел в России к обнищанию значительной части советской интеллигенции, которая потеряла свои позиции и пополнила слой «новых бедных».

Поэтому субкультура новых русских формировалась в отторжении и противостоянии как традиционным, так и советским ценностям. Отношение нового русского к традиционному советскому человеку нашло свое оформление в слове «совок». Новый русский – индивидуалист, твердо стоящий на земле, чуждый этоса непрактичности и прочих интеллигентских «заморочек». Престижное потребление, демонстративные характеристики образа жизни «нового русского» противостоят советским традициям. Однако, при внимательном вглядывании обнаруживается связь образа нового русского с традиционными для России персонажами.

Прежде всего, за спиной «нового русского» стоит многовековая традиция русского мещанства. Это российский обыватель (к какому бы сословию он не принадлежал), твердо стоящий на земле, имеющий вкус к хорошей жизни, ценящий благосостояние, уют и удобства. Он при всех обстоятельствах, при любой власти обустраивает свой быт, стремится обеспечить семью, детей, ближайшую родню всем необходимым и по своим базовым жизненным устремлениям предшествует «новому русскому».

С другой стороны, в образе «нового русского» узнается традиционный русский разбойник, вольный казак, золотодобытчик сорящий шальными деньгами, обменивающий презренный металл на шумный восторг и одобрение товарищей, собутыльников и клиентов.

В «новом русском» проглядывает известный персонаж русской литературы – внезапно разбогатевший купец, пришедший в кураж от свалившихся на его голову денег, купающий певичек в шампанском и мажущий официантов горчицей, но, в другую минуту, охотно жертвующий на церковь и дела благотворительности.

Наконец, в образе «нового русского» мы узнаем одного из главных героев советского общества. Это – энтузиаст «дела», пропадающий на работе допоздна и отдающий ему все свои силы. Разница лишь в том, что новый русский отдает все силы не «нашему», а «своему» делу.