Также по теме

АФРИКАНСКОЕ ИСКУССТВО

Техника и стиль древнейших схематических рисунков позволяют датировать их временем более поздним, нежели эпоха раннего неолита, к которой относятся реалистические петроглифы Южной Африки, что, по-видимому, соответствует более позднему периоду заселения центральных тропических районов по сравнению с южными.

СЦЕНА ОХОТЫ. Наскальная живопись. Зимбабве.

Традиционное и придворное искусство.

Типология.

Западный Судан, с которого следует начать краткий обзор африканской скульптуры, охватывает полосу саванн вблизи верхней излучины Нигера, между южной границей Сахары и северной границей тропических лесов. Местные художественные школы (стили) – искусство догонов, бамбара, сенуфо и др. – принадлежат к числу наиболее представительных в Западной Африке.

Догоны живут в районе Бандиагары (Республика Мали), у подножия невысоких холмов, на которых сохранились конические постройки их легендарных предшественников – теллем. Этот народ считается создателем древнейшей сохранившейся здесь скульптуры. Скульптура теллем, высеченная из твердых пород дерева, представляет собой серии масок и статуэток, среди которых четко различаются женские, мужские и зооморфные изображения. Особый интерес представляют фигуры андрогинов. В стиле теллем сочетаются строгая архитектоника и острая экспрессия: истерические жесты фигур контрастируют со строгими, монументальными формами. Чаще других повторяется фигура с поднятыми вверх руками. В прикладной скульптуре фигура с поднятыми руками встречается в сочетании с изображениями животных. Этот сюжет – один из наиболее архаичных в искусстве догонов – лежит в основе навершия маски канага.

Искусство догонов питает и еще одна древняя традиция. Во время совершения ежегодных обрядов инициации на скалу, у подножия которой совершается обряд, наносятся рисунки: многократно повторяющиеся схематические фигуры (некоторые из них напоминают навершие, а иногда – личину канага). Схематизм этих изображений соответствует последнему периоду наскального искусства Сахары. В сюжетном плане искусство догонов обнаруживает особенности, характерные для традиционного искусства в целом: антропоморфные статуи предков; зооантропоморфные ритуальные маски; зооморфные изображения. Последние встречаются в декоре бытовых и некоторых ритуальных предметов (кубки, подголовники, танцевальные жезлы и т. п.). Кроме того, существуют антропоморфные изображения на дверях амбаров, опорных столбах культовых построек и других деталей традиционной архитектуры. Стиль этой прикладной пластики не отличается от стиля ритуальной скульптуры – угловатых «кубистичных» форм деревянных статуэток. Их трехмерность подчеркнута резким контрастом света и тени. Архитектоника выявляет конструкцию фигуры – основные объемы, сочленения, соотношение частей.

В традиционном искусстве Западного Судана и других районов существуют отклонения от этой схемы. Нередко встречаются маски чисто зооморфные, такие, как, например, маски-наголовники народа курумба – стилизованная голова антилопы с выгнутой шеей и прямыми рогами – или маска вандо народа моси, навершие которой представляет собой умеренно стилизованную женскую статуэтку (впрочем, личина этой маски сохраняет очевидные черты зооантропоморфности).

Маска может целиком сохранять зооморфные черты, будучи посвящена культурному герою. Таковы, в частности, знаменитые маски народа бамбара, посвященные мифическому персонажу Чивара. Символом этого культурного героя является антилопа, однако ее изображение появилось, очевидно, гораздо раньше, чем возник культ Чивара, поскольку антилопа является воплощением духа воды, от которого берут начало все кланы племени бамбара.

Маска не имеет личины, она состоит из навершия в виде антилопы или композиции из нескольких фигур, среди которых центральное место занимает стилизованная голова антилопы. Навершие может состоять из одной головы с длинными прямыми рогами и ажурной гривой. Иногда голова антилопы соединяется с туловищем хамелеона, крокодила или собаки. Некоторые Чивара представляют собой подлинные шедевры абстрактной пластики, причем условные формы всегда являются продуктом процесса стилизации.

Различаются мужские и женские маски – изображающие самца или самку антилопы, а также – два типа композиции: вертикальный и горизонтальный.

Тип композиции определяет положение головы и наклон рогов. Фигуры с вертикально стоящими рогами, выгнутой шеей и опущенной мордой считаются более архаичными. Туловищу не уделяется внимания. Зато голова выполнена с величайшей тщательностью: уши, рога, грива переработаны в чистые пластические формы. Их ритмическое сочетание образует чеканный силуэт, полный энергии и динамики. В фас голова обнаруживает некоторые антропоморфные черты. Иногда между рогами помещается небольшая женская статуэтка.

Статуэтки бамбара – это преимущественно женские изображения с гипертрофированной грудью и столбообразным туловищем. Они как бы составлены из отдельных, самостоятельных объемов: согнутые в коленях ноги заканчиваются прямоугольными ступнями, цилиндрическое туловище переходит в широкую грудь, свободно свисающие руки не имеют кистей; цилиндрическая шея, голова, составленная из ограненных объемов, плоское лицо с массивным, резко очерченным носом.

Существуют и менее условные статуэтки, изображающие женщину с ребенком или сидящую фигуру, поддерживающую руками грудь. Формы таких статуэток (например, из района Сегу) округлы, сочленения более плавны, а пропорции фигур близки к естественным.

Искусство марка, хасонке, сенуфо обнаруживает стилистические черты, близкие к искусству бамбара. Наиболее представительна художественная традиция сенуфо (самоназвание сиена). Искусство этого народа, населяющего пограничные районы Мали, Буркина-Фасо и Кот-д'Ивуара, совмещает западносуданские элементы с особенностями культуры гвинейского побережья.

Маски сенуфо принадлежат нескольким тайным обществам. Они отличаются повышенной экспрессией. Большие зооморфные маски-шлемы пониуго, используемые обществом ло в обряде гбон, имеют целью изгнание духов – пожирателей душ. Они появляются на ночных церемониях, изрыгая огонь и трубя в рог. Танцор вооружен бичом и полностью скрыт под специальной одеждой. В масках пониуго синтезированы черты различных животных: буйвола, кабана, антилопы, обезьяны, крокодила. Глаза с надбровными дугами и нос часто антропоморфны, форма головы ближе всего к буйволиной, приоткрытая пасть с оскаленными зубами напоминает пасть крокодила, в ее верхней части торчат кабаньи клыки; уши и рога – антилопы. Маска иногда имеет навершие в виде небольшой фигурки животного – хамелеона, змеи, птицы. Эти фигурки являются кастовыми эмблемами.

Существует сдвоенный вариант этой маски: шлем снабжен двумя оскаленными мордами, обращенными в противоположные стороны. Аналогичные маски ваниуго отличаются только тем, что имеют в верхней части шлема небольшую чашечку для магической смеси. (Предполагается, что сочетание различных зооморфных элементов символизирует первоначальное хаотическое состояние мира, до того как он был упорядочен созидательным актом верховного божества.)

Довольно близки по форме к пониуго маски коробла (корубла), выполняющие те или иные функции в зависимости от общества, которое их использует (у ло коробла участвует в погребальных церемониях, у диели – в обрядах инициации). Коробла имеют ту же конструкцию, что и пониуго, но более лаконичны, скупы в деталях. Они часто не имеют рогов, верхних клыков и навершия. Основание шлема сохраняет округлую форму, а личина приобретает черты гиены или бабуина. (Последний вариант бытует у диели – общества кожевников.) От описанных зооморфных масок резко отличается шлем-наголовник дегеле, бытующий у сенуфо-киембара (район Корхого). Эта маска состоит из гладкого деревянного куполообразного шлема, полностью скрывающего голову танцора, и навершия в виде столбообразной антропоморфной статуэтки с кольчатым торсом без рук. Мужская и женская маски дегеле выступают парами. Женская статуэтка- наголовник имеет выраженные признаки пола, за спиной мужской фигуры – колчан. Считают, что кольчатая форма торса связана с образом питона, занимающего известное место в мифологии сенуфо. Однако наличие аналогичной формы в скульптуре менде, ашанти и др. позволяет сделать предположение, что кольца вокруг торса и шеи имеют такой же конкретный характер, как и колчан, и воспроизводят украшение – медные шейные кольца.