Содержание статьи
    Также по теме

    ХЕРАСКОВ, МИХАИЛ МАТВЕЕВИЧ

    ХЕРАСКОВ, МИХАИЛ МАТВЕЕВИЧ (1733–1807) – русский поэт, прозаик, драматург.

    Родился 25 октября (5 ноября) 1733 в городе Переяславле Полтавской губернии. Происходил из родовитой валашской семьи Хереско, переселившейся в Россию при Петре I. Мать Хераскова вторым браком была замужем за князем Н.Ю.Трубецким – вельможей, не чуждым ученых и литературных интересов, приятелем А.Д.Кантемира и адресатом его VII сатиры О воспитании.

    В 1743–1751 учился в петербургском Сухопутном шляхетском корпусе, который шутя именовали «рыцарской академией». В корпусе действовал любительский театр под фактическим руководством А.П.Сумарокова, оказывавшего значительное влияние на литературные занятия и вкусы кадетов. Вероятно, тогда же, и главным образом под влиянием Сумарокова, приобщился к стихотворству, хотя его ранние опыты до нас не дошли. В 1751 был определен подпоручиком в Ингерманландский пехотный полк. В 1755 перешел на статскую службу в Коммерц-коллегию, но уже через несколько месяцев переехал в Москву, где в 1756 занял должность асессора (надзирающего за студентами) в только что открытом (1755) университете. Вскоре в его ведение были переданы также университетская библиотека (1756), типография (1757), минералогический кабинет (1759) и театр (1761). С 1761 уже исполнял обязанности директора университета, а в 1763 был официально утвержден в этой должности и занимал ее вплоть до 1770.

    В 1758 дебютировал на литературном поприще с трагедией Венецианская монахиня, вышедшей отдельным изданием в университетской типографии (сведений о постановке ее на сцене нет). Вскоре он организовал издание при университете журналов «Полезное увеселение» (1760–1762) и «Свободные часы» (1763), вокруг которых объединились молодые литераторы (И.Ф.Богданович, В.И.Майков, А.А.Ржевский, В.Г.Рубан, В.Д.Санковский, Д.И.Фонвизин, П.И.Фонвизин и др.). Здесь же печатались и стихотворения его жены Елизаветы Васильевны, урожденной Нероновой (1737–1809), с которой у поэта, по свидетельствам современников, до конца его дней сохранялось трогательное взаимопонимание. Сам Херасков поместил в этих журналах 190 своих стихотворений. Вообще, в 1760-х сочинена большая часть его лирических стихотворений, объединенных в сборниках Новые оды (1762), Нравоучительные басни (1764) и Философические оды или песни (1769). Лирика Хераскова и поэтов его круга 1760-х преимущественно моралистична. Мораль, нравоучение у него повсюду – даже в жанрах, по своей природе, казалось бы, исключающих подобные мотивы: например, в любовной элегии и анакреонтической оде. Уже заглавия его Анакреонтических од (включенных в сборник Новые оды) говорят об их далекой от традиционной анакреонтики тематике: О суетных желаниях, Истинное благополучие, О важности стихотворства, О разуме, О злате и т.п. Даже обычная в стихах этого рода тема владычества Эрота над сердцами юных и старых, глупцов и мудрецов у Хераскова в оде Сила любви разрешается весьма неожиданно:

    Только в сердце, Богу верном,

    Только в мыслях просвещенных

    Он не смеет воцариться;

    И, владея всех сердцами,

    Сих сердец Эрот боится.

    В 1770 Херасков был назначен вице-президентом Берг-коллегии и переехал на жительство в С.-Петербург. Здесь стал вдохновителем издания журнала «Вечера» (1772–1773), в котором печатались в основном все те же его московские знакомцы (Богданович, Майков, Ржевский и др.). К этому времени относятся первые опыты Хераскова в эпической поэзии, составившие его славу в потомстве (ранняя дидактическая поэма Плоды наук, опубл. в 1761 г., не имела большого успеха), – Чесменский бой (1771) и Россияда (1778). Если первая из них была еще только подступом к эпопее, то Россияда стала полномасштабным героическим эпосом, который должен был занять в русской поэзии место, подобное тому, что занимает Энеида Вергилия в латинской. Создать национальный эпос в соответствие с классическими требованиями, который обеспечил бы русской словесности достойное место в кругу европейских литератур, пытались и Ломоносов, подражавший Генриаде Вольтера в поэме Петр Великий, и Сумароков, сочинивший лишь вступление к своей Димитрияде, и др., но только Хераскову удалось довести дело до конца, с чем и связана специфическая и, на взгляд позднейших читателей, несколько преувеличенная известность Россияды в XVIII – начале XIX вв. Она соответствовала всем требованиям, предъявляемым теорией к сочинениям такого рода: повествовала о ключевом событии в русской истории (покорение Казани при Иоанне IV, которое, по мнению Хераскова, знаменовало окончание эпохи ордынского ига над Россией), изобиловала элементами фантастики (русским покровительствуют ангелы и святые, замученные в Орде; татарам – адские силы), была написана александрийским стихом и имела соответствующий зачин:

    Пою от варваров Россию свобожденну,

    Попранну власть татар и гордость низложенну,

    Движенья древних сил, труды, кроваву брань,

    России торжество, разрушенну Казань.

    Из круга сих времян спокойных лет начало,

    Как светлая заря, в России воссияло.

    Наряду с «героическими» песнями, в которых говорится о сражениях, небесных явлениях и т.п., в Россияде есть и «романические» песни о любовных интригах при дворе казанской царицы Сумбеки. Причем их так много, что позднейшие критики (А.Ф.Мерзляков) упрекали Хераскова в нарушении единства поэмы, но именно эти песни сообщают Россияде некоторую занимательность.

    Успех поэмы во многом был предопределен удачно выбранным сюжетом, пришедшимся как нельзя кстати в эпоху русско-турецких войн. Это оценила и императрица Екатерина II. Автору Россияды, находившемуся в отставке без содержания с 1775 (видимо, за его связи с масонством), была возвращена монаршая милость, и в 1778 он получил назначение на должность куратора Московского университета, которую бессменно (с перерывом в несколько месяцев) занимал вплоть до 1802 (все это время он был фактическим руководителем университета). Одно из первых его деяний на этом посту – основание университетского благородного пансиона (1778). Еще находясь в С.-Петербурге, в 1777 Херасков сблизился с Н.И.Новиковым и принял участие в издании масонского журнала «Утренний свет» (1777–1779, последние номера вышли уже в Москве). При посредничестве Хераскова Новиков в 1779 переехал в Москву и арендовал на 10 лет университетскую типографию. Известная книгоиздательская деятельность Новикова в 1779–1792 проходила под его покровительством. В 1781 в Москве была учреждена Директория масонов-розенкрейцеров. В ее состав вошел и Херасков. При его поддержке «московские мартинисты» (как их называли за приверженность учению французского мыслителя Сен-Мартена) открыли в университете Учительскую (1779) и Переводческую (1782) семинарии.

    Для позднего творчества Хераскова характерно противопоставление веры и разума со скептической оценкой последнего, приверженность к жанру аллегорического путешествия в поисках истины. Эпическая поэма Владимир возрожденный (1785), пользовавшаяся известностью не меньшей, чем Россияда, была уже не героическим, а скорее психологическим эпосом («своеобразной масонской Одиссеей, по определению Л.В.Кулаковой). Речь в ней идет о князе Владимире, крестителе Руси, о его восхождении к высотам истины и нравственного совершенства. Внешние события в поэме служат лишь «знаком» того, что происходит во «внутреннем человеке». Отступление от образцов сказывается даже в количестве «песен»: если в Россияде их 12, как в Энеиде и др., то во Владимире – 15 (в 3-й ред. – 18). Тем не менее Россияда и Владимир воспринимались современниками как произведения, сходные по своей роли в русской поэзии.