Содержание статьи
    Также по теме

    ОГАРЕВ, НИКОЛАЙ ПЛАТОНОВИЧ

    ОГАРЕВ, НИКОЛАЙ ПЛАТОНОВИЧ (1813–1877), русский поэт, публицист, революционный деятель. Родился 24 ноября (6 декабря) 1813 в Петербурге, из старинного дворянского рода. Рано потерял мать, детство провел в имении отца (Пензенская губ.), которое для болезненного мальчика (Огарев страдал эпилепсией) на всю жизнь осталось «местом романтической привязанности». С 1820 жил в Москве. К 1826 относится начало его многолетней дружбы с А.И.Герценом, дальним родственником и единомышленником в восторженном приятии либерально-освободительных и антидеспотических идей декабризма. Летом 1826 (или 1827) на Воробьевых горах друзья поклялись посвятить свои жизни борьбе за свободу народа. В 1829 Огарев, получивший прекрасное домашнее образование, поступил вольнослушателем на физико-математическое отделение Московского университета, посещал также лекции словесного и нравственно-политического (юридического) отделения, куда перешел в 1832 (оставил в 1833), одновременно начав службу в Московском архиве коллегии иностранных дел. Сложившийся вокруг друзей (Герцен также учился в университете) студенческий кружок способствовал интенсивной умственной работе Огарева, особенно увлеченного в эти годы идеями французских социалистов-утопистов. В 1834 был арестован за распевание «пасквильных» стихов, порочащих царскую фамилию; с лета 1834 по весну 1835 пробыл в одиночном заключении, затем сослан в имение отца. Был определен в канцелярию гражданского губернатора А.А.Панчулидзева, на племяннице которого М.Л.Рославлевой женился в 1836. В 1838, во время лечения на кавказских минеральных водах (Пятигорск), сблизился с А.И.Одоевским и другими ссыльными декабристами.

    После смерти отца (1838) занялся освобождением части своих крестьян (соответствующий договор утвержден Николаем I в 1842) и (во второй половине 1840-х годов) воплощением «индустриальных» проектов – организацией вольнонаемного труда крепостных. К 1839 относятся разрешение Огареву переезда в Москву, знакомство с В.Г.Белинским и споры с ним, как и с другими гегельянцами (в т.ч. с давним другом, известным историком-«западником» Т.Н.Грановским), о роли живого чувства, любви в эволюционном развитии человечества. Годы 1841–1846 Огарев провел (с перерывами) в Германии, Швейцарии, Италии, Франции, активно поддерживая дружеские и литературно-философские связи с соотечественниками в России и за рубежом. Сложные отношения с женой, не разделявшей ни его радикализма, ни философских и поэтических исканий, привели к разрыву. По возвращении на родину Огарев, несмотря на разочарование от результатов произведенного им эксперимента с освобождением крепостных (малоимущих закабалили богатые крестьяне), продолжает задуманные реформы: строит в своих селах суконную фабрику, сахарный и винокуренный заводы, покупает писчебумажную фабрику, начинает лесные промышленные разработки, постройку речных судов, открывает школы, больницы и т.п., сам увлеченно занимаясь при этом медициной, фармакологией, педагогикой, экономикой и статистикой.

    Хозяйственная деятельность Огарева не принесла желаемого успеха, о чем, в частности, не без самоиронии рассказано в автобиографических строках поэмы Огарева 1840-х годов Деревня (незавершена, опубл. 1908) и стихотворной повести Господин (опубл. 1857), и в 1848 он был почти разорен. К этому же времени относится начало истории его любви к Н.А.Тучковой (дочери уездного предводителя дворянства, бывшего члена декабристского Союза благоденствия), осложненное доносом отца жены Огарева на «безнравственность», «вольнодумие» и участие в создании «коммунистической секты», в связи с чем Огарев находился несколько месяцев в заключении, был отдан под надзор полиции и лишен права выезда за границу.

    Оформив после смерти первой жены (1853) отношения с Тучковой (будущей мемуаристкой, известной по публикациям как Тучкова-Огарева; с 1857 – гражданская жена Герцена), Огарев вместе с ней в 1856 покинул Россию. Поселившись в Лондоне, жил либо в доме Герцена, либо по соседству с ним. Начиная с 3-го номера совместно с Герценом выпускает оппозиционный антикрепостнический и антицаристский альманах «Полярная звезда»; с 1857 – газету «Колокол» с приложением «Общее вече», серию сборников «Голоса из России», ставшие влиятельной политической силой в России (куда доставлялись тайно) и Европе (так, в «Колоколе» печатались Дж.Гарибальди, В.Гюго, Ж.Мишле). Много сил отдал Огарев изданию Дум К.Ф.Рылеева, сборников Русская потаенная литература XIX столетия, Свободные русские песни, помощи Бернской типографии, печатавшей радикально-обличительную литературу, Гейдельбергскому кружку передовой молодежи, участию в разработке плана русской подпольной организации «Земля и воля».

    Совместно с Н.Н.Обручевым в июле 1861 Огарев пишет прокламацию Что нужно народу? В ряде статей «Колокола» и «Полярной звезды» критикует буржуазный парламентаризм Европы, капиталистические процессы в Европе и Америке. Народнические утопии Огарева находят выражение в апологии русской земельной общины и возлагаемых на нее социальных надеждах. В 1865 Огарев и Герцен переезжают в Швейцарию, куда в то время переместился центр русской эмиграции. В отличие от Герцена, не принимавшего неразборчивости в средствах т.н. «молодой эмиграции», Огарев пытается наладить контакты с ней, в т.ч. с анархистом М.А.Бакуниным и террористом-заговорщиком С.Г.Нечаевым, участвуя в его издании нового «Колокола» (1870).

    С 1875 в Англии, где изгоняемый швейцарским правительством Огарев поселился вместе с «англичанкой простого звания» Мэри Сатерленд, в 1858 поднятой им с лондонского «дна» и ставшей до конца дней его преданным другом, сближается с известным революционным народником П.Л.Лавровым, выступая в редактируемом последним периодическом двухнедельном обозрении «Вперед!» с собственными статьями и подборками материалов о России в заграничной прессе.

    Поэтическое и публицистическое творчество Огарева составляет существенную часть истории отечественной литературы 19 в. В его публицистику вошли трактат Profession de foi (Исповедание веры, 1916), отразивший глубокие религиозные искания молодого Огарева, социально-экономические изыскания конца 1840-х годов (Замечания на статью..., 1847, и др.), пламенно-обличительные статьи и прокламации 1850–1870-х годов Русские вопросы (1856–1858), Правительственные распоряжения (1858), Московский комитет (1858–1859), Под суд! (1859, совместно с Герценом), Разбор нового крепостного права (1861), а также концептуальные статьи Памяти художника (1859), посвященная судьбе А.А.Иванова, критике теории «искусства для искусства», порожденной «эпохой общественного падения», и призывающая творческую молодежь отражать в своих произведениях «общественные страдания и все элементы живой общественной жизни»; Первый ответ и Второй ответ старому другу (обе 1869), отстаивающие, в духе бакунинского анархизма, необходимость тотального разрушения всех существующих институтов; Главные основы будущего общественного строя (1870) и др.

    Начав в 1823 с элегических стихов, в зрелые годы Огарев наиболее ярко заявил о себе гражданской лирикой некрасовского накала и широкого социального спектра, нередко агитационно-пафосной, иногда философско-медитативной, порой задушевно-ностальгической, неизменно ясной по мысли и стилю, композиционно и ритмически четко организованной, отмеченной характерным для русской демократической поэзии 1860–1870-х годов сплавом разговорной, даже фольклорно-просторечной лексики и «газетной» декламационности (стихотворения Деревенский сторож, 1840; Кабак, 1841; Дорога, положено на музыку автором, Изба, оба 1842, и др., где с сочувствием изображены типы сельских неудачников; На смерть поэта, посвященное А.С.Пушкину, 1837, опубл. 1931, На смерть Лермонтова, 1841, опубл. 1937; ставшее солдатской песней Арестант, 1850, опубл. 1869; Свобода, 1858, стало революционной песней; Памяти Рылеева, 1859; Михайлову, 1862, заключительная часть которого – «Закован в железы, с тяжелою цепью» – также стала революционной песней; Памяти Герцена, 1870, и имитирующие народный раешник и речитатив Песня русской няньки у постели барского ребенка, Размышления русского унтер-офицера перед походом, поэмы Гой, ребята, люди русские!, Восточный вопрос в панораме, обе 1869, и др.). Созданные в эмиграции социально-критические поэмы распространялись в России в списках (Юмор, 1840–1841, опубл. 1857; С того берега, Тюрьма, обе 1857; Рассказ этапного офицера, Матвей Радаев, 1859, полностью 1866); частично незавершенные, иногда они распадались на отрывки, популярные в подпольном репертуаре (песня казака из поэмы Дон, заключительные строки поэмы Забытье и др.).