СТОГЛАВЫЙ СОБОР

СТОГЛАВЫЙ СОБОР, один из наиболее примечательных церковных соборов средневековой Руси, получивший свое имя от Стоглава, сборника его решений.

Состоялся в феврале – мае 1551 в Москве по воле Ивана Грозного, стремившегося к укреплению централизованной власти и крайне озабоченного состоянием церковных дел. В нем участвовали в основном духовные иерархи во главе с митрополитом Макарием, но отчасти и боярская дума. Деяния собора (перечисленные в итоговом сборнике из 100 глав – отсюда его название) состояли из вопросов царя, подробных ответов на них, а также соответствующих постановлений.

Царские вопросы, направленные к тому, чтобы искоренить ереси и народные суеверия, укрепить благочиние (с помощью исправления погрешностей и разночтений в богослужебных книгах, а также тщательного обоснования и унификации обрядов и уставов), принять меры к развитию религиозного образования, вызывали самое благожелательное внимание со стороны иерархов. Однако в проблеме монастырского землевладения мнения церкви и самодержавия столкнулись: хотя царь и склонен был (вероятно, под влиянием некоторых своих приближенных из т.н. Избранной рады – прежде всего, священника Сильвестра) поддержать «нестяжателей», в целом возобладало мнение церковно-иерархического большинства, состоящего из «иосифлян», приверженных идее экономически-сильных и самостоятельных монастырей (правда, права последних были все же несколько ограничены Стоглавом: им было запрещено, в частности, основывать новые слободы в городах). Церкви удалось отстоять и правомочность особого святительского суда, независимого от светской власти.

Предписания Собора, скрупулезно регламентирующие как проблемы гражданской и духовной юриспруденции, церковную обрядность, правила иконописания, нормы жизни белого и черного духовенства, так, по мере возможности, и народный быт в целом, охватывают огромное число тем – от полемики по поводу вероисповедных догматов с «еретиками» до критики различных житейских обычаев (таких, к примеру, как скоморошьи игрища, брадобритие или употребление в пищу колбасы), – обычаев, которые отвергались как безнравственные (считалось, что безбородость способствует содомскому греху) или как откровенно-языческие. На основе Стоглава рассылались специальные наказы и поучения, которые в целом, впрочем, не были строго кодифицированы.

Обнажив разнобой и «бесчинства» в церковных службах, Собор – ни в коей мере не будучи реформаторским, но, напротив, охранительным – тем не менее усилил тягу к религиозному просвещению. Однако Стоглав по большому счету так и остался именно обзором обычаев и рекомендаций, а не сведенным воедино кодексом законов (его сохранившиеся списки, хотя и многочисленные, содержат массу внутренне-структурных разноречий). Ссылки же на его решения (в особенности о каноничности двуперстного крестного знамения и «сугубой», т.е. двойной аллилуйи в соборных молитвах) как на церковные законы впоследствии способствовали расколу. В любом случае его тексты остаются ценнейшим источником сведений о церковной и светской истории русского 16 в.

См. также РАСКОЛ.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Фрагмент.

(...) О манастырех, иже пусты от небрежения.

В монастыри боголюбцы дают душам своим и родителем на поминок вотчинные села и прикупи, а иные вотчины собою покупают в монастыри, а иное угодие у меня припрашивают. И поймали много по всем монастырем, а братии во всех монастырех по старому, а ивде старою менши, есть и пить старого братье скуднее; устроения в монастырях ни котораго не прибыло, и старое опустело, где те прибыли и кто тем корыстуется? А тарханные и несудимые и льготные грамоты у них же о торговлях без пошлине. А чернцы по селом живут да в городе, тажутся о землях. Достойно ли то? А села и именья в монастыри емлют, а по тех душах и по родителех и по их приказу и памяти не исправляют, кто о сем истязан будет в день страшнаго суда? (...)

Глава 6.

Некогда вниде в слухи боговенчаннаго и христолюбивого царя государя и великого князя Ивана Васильевича веса Русии самодержца, что по многим церквам божиим звонят и поют не во время (...) и многие церковные чины не сполна совершаются по священным правилом и не по уставу. (...) Отныне и впредь в царствующем граде Москве и по всем градом (...) росийского царствия, по всем святым церквам звонити и божественниа литургии служити и прочее церковное пение правити сполна и по чину. (...)

Глава 26.

О училищах книжных по всем градом. (...)