Содержание статьи
    Также по теме

    ИКОНИЧНОСТЬ

    ИКОНИЧНОСТЬ, свойство языкового знака, проявляющееся в наличии между его двумя сторонами, означающим и означаемым, некоторого материального (изобразительного, звукового и т.п.) или структурного подобия.

    Среди многих утверждений Фердинанда де Соссюра, оказавших огромное влияние на лингвистику 20 в. (о противопоставлении синхронии и диахронии, языка и речи, о языке как системе) и вошедших в число исходных презумпций лингвистической теории, наиболее глубоко, пожалуй, в сознание лингвистов проник провозглашенный им принцип произвольности языковых знаков – иными словами, сугубо условной, конвенциональной природы связи между означаемым и означающим. Для нескольких поколений лингвистов этот принцип стал незыблемой догмой, исходной точкой профессиональной деятельности, и несмотря на то, что не менее замечательный лингвист, Роман Якобсон, еще в середине 1960-х годов предпринял усилия по популяризации среди лингвистов семиотических исследований американского философа и логика Ч.С.Пирса и обратил внимание на существование иконических языковых знаков, соссюровское отношение к ним как к чему-то сугубо маргинальному, малоинтересному и малозначимому и по сей день остается весьма распространенным.

    В европейской науке вопрос о соотношении формы и содержания в языке возник еще в античности. Так, он обсуждается в знаменитом диалоге Платона Кратил: является ли (как считает Кратил) форма для содержания естественной (соответствующей природе содержания) оболочкой, или она (как полемизирует Гермоген) закреплена за данным содержанием по соглашению, т.е. конвециональна. Сократ, примиряя спорящих, склоняется к тому, что связь устанавливается через подобие, но допускает также существование произвольных знаков.

    Пирс выделял три основных типа знаков: символы, индексы и иконы, из которых с естественным языком Соссюром были ассоциированы только символы. Для символов между означаемым и означающим нет никакой «полезной» внутренней связи. Символам противопоставлены знаки-иконы, в которых материальная внешняя сторона (означающее) предопределяется их идеальной внутренней стороной (означаемым), «подобна» означаемому. Индексы занимают промежуточное положение между иконами и символами: их означаемое строится на принципе ассоциации по смежности с означающим. Можно сказать, что знаки-иконы образованы по модели метафоры, а знаки-индексы – по модели метонимии. Примером иконического знака может быть изображение, картинка животного, создающаяся по образцу самого животного и являющаяся знаком животного. Пример индексного знака – дым, являющийся знаком огня, а символическими знаками являются, например, цвета светофора, в которых связь между цветом (красный, желтый, зеленый) и его значением определяется соглашением.

    Категорическое утверждение Соссюра о том, что связь между означающим и означаемым знака произвольна и условна, практически снимало проблему внутреннего строения знака: любое содержание кодируется в языке произвольным образом, поэтому по содержанию ничего нельзя сказать о его форме, и наоборот, форма не дает никаких намеков на то, каково ее содержание. Из этой презумпции проистекает неисчислимое множество отрицательных следствий для науки о языке. Ее инструментарий существенно обедняется, так как информация, которая фактически содержится в структуре языкового знака, не используется в лингвистическом анализе.

    Последние десятилетия 20 в. характеризуются постепенным «прозрением» лингвистики, освобождающейся от соссюровской догмы и обнаруживающей множество свидетельств неадекватности зафиксированного в ней представления о языковой действительности. В самом деле, если между значениями и выражающими их формами существуют импликативные отношения, а именно, если внешняя форма языковых выражений в определенной степени мотивирована их значениями, то у исследователя появляется мощнейший инструмент реконструкции (непосредственно ненаблюдаемых) значений по их (наблюдаемой) форме. С точки зрения мотивированности /немотивированности связи между значением и формой, иконы и индексы противопоставлены символам.

    Накопление данных о существовании в языке иконических и индексальных знаков происходило в основном в рамках типологических исследований, осуществляющихся в функциональной парадигме. Функциональный подход основывается на принципе содержательной (функциональной) мотивации всех аспектов языковой структуры и требует от лингвистической теории объяснения, почему каждый язык устроен тем или иным образом (см. ФУНКЦИОНАЛИЗМ В ЛИНГВИСТИКЕ). В типологических исследованиях сопоставление языков идет по содержательным параметрам, формальное представление которых в различных языках может, с позиций принципа произвольности, бесконечно варьировать. Однако оказывается, что межъязыковое варьирование, несмотря на его поразительное многообразие, все-таки не является случайным, и одни и те же формальные структуры независимым образом полностью или частично повторяются от языка к языку. Кроме того, обнаруживается, что далеко не все априорные комбинации возможных формальных структур, равновероятных с точки зрения принципа произвольности (случайности), реализуются в естественных языках.