Также по теме

ПРИБАЛТИЙСКО-ФИНСКИЕ ЯЗЫКИ

ПРИБАЛТИЙСКО-ФИНСКИЕ ЯЗЫКИ, группа финно-угорских языков уральской языковой семьи. В ее состав входят финский, эстонский, карельский языки и языки малочисленных народов – вепсский, водский, ижорский и ливский.

Вепсский язык

– язык вепсов (12 501 человек по переписи 1989, из них в Российской Федерации проживают 12 142 человек), распространенный на территории Карелии (район Прионежья), в Ленинградской и Вологодской областях. В формировании вепсов (летописная весь) помимо прибалтийско-финских этносов участвовали саамы и волжско-финские народы, а сами вепсы приняли участие в этногенезе коми-зырян. Самоназвание вепсов – lüdinik, vepsläine. До начала 20 в. русские называли вепсов кайваны, чухари, чудь (последний термин – собирательное имя для многих древних финно-угорских племен). 50,8% вепсов считают вепсский родным; 48,5% называют родным русский язык, но из них 14,9% признает вепсский вторым языком. Большинство вепсов владеют русским языком. Вепсский является языком устного общения в основном сельского населения. Попытки создания письменности потерпели неудачу.

Водский язык

– язык крайне малочисленной води, называющей себя vad'd'akko, vad'd'aëain, а свой язык vad'd'a tšeli «язык земли». Близок к северо-восточному диалекту эстонского языка. В списке народов, не выделенных переписью 1989, количество води оценивается в 200 человек; по оценке А.Лаанеста, их 100, а согласно П.Аристэ – около 30 (для сравнения: в 1848 численность води составляла 5148 человек). Водь проживает в нескольких деревнях Кингисеппского района Ленинградской области, на территории древней Ингерманландии. Водь была первым прибалтийско-финским племенем, вступившим в контакт с восточными славянами (9 в.). К водскому языку относят вымерший в первой половине 19 в. язык кревинов, живших в Латвии; кревины представляли собой водскую диаспору – это были пленные военной кампании 1444–1447, вывезенные немцами из русской части Эстляндии на территорию современной Латвии. В течение 350 лет они существовали в окружении латышскоязычного населения, которое и дало им название кревинов, что по-латышски означает 'русские'. Водский язык функционирует как средство устного общения представителей старшего поколения, владеющих также русским и ижорским языками, причем, согласно Красной книге языков народов России (1994), на водском в начале 1990-х годов говорили всего несколько человек. Водской письменности никогда не существовало, но в 1935 был издан сборник текстов, записанных в транскрипции.

Ижорский язык

– язык древнего племени ижора (старые названия инкери, карьяла). Ижорцы (820 человек по данным 1989, из них в РФ – 449) живут в деревнях Кингисеппского и Ломоносовского районов Ленинградской области (историческая Ингерманландия, т.е. 'страна ижорцев') и в соседних районах Эстонии. Из них признают ижорский родным 36,8%, пользуется им только старшее поколение (для сравнения: в 1848 в 200 деревнях Ингерманландии ижорцев было 15 600, а по переписи 1897 – 21 700 человек). Попытки ввести письменность на ижорском языке не удались. Первые памятники в виде списков отдельных слов, записанных русскими буквами, относятся к 18 в.

Ливский язык

(randakel' 'прибрежный язык', livэkel' 'язык ливов', по-русски старое название ливонский, нем. Livisch, англ. Livonian) – язык ливов, предки которых в русских летописях упоминаются как либь, любь. Ливы (в 1852 их было 2394 человек, в 1989 – 226 человек) живут маленькими островками среди латышей (135 человек). На территории России они полностью обрусели. Среди латышских ливов признают ливский язык родным 43,8%; широко распространено ливско-латышское двуязычие. Ливский язык служит языком общения между людьми старшего поколения и функционирует как язык произведений национальной культуры. В 1851 был создан литературный ливский язык отдельно для западного и восточного диалектов, первая книга на ливском (Евангелие от Матфея) появилась в 1863. Первоначальная фонетическая орфография ливского языка к концу 19 в. под влиянием немецкого и латышского языков сильно разошлась с произношением, после 1920 вновь началось сближение ее с произносительными нормами. В 1920–1939 существовала письменность на латинской основе. Издания на ливском языке все время шли на убыль, в школе ливский как предмет изучения больше не преподают.

Для большинства прибалтийско-финских языков характерна гармония гласных, обилие дифтонгов; фонологическое противопоставление по звонкости/глухости развито слабо, а в некоторых диалектах отсутствует. В ливском языке под влиянием латышского гласные ö, ü заменились на e, i, так как в латышском ö и ü нет. Как во всех уральских языках, категория рода отсутствует. Имена (существительные, прилагательные, числительные, местоимения) в большинстве случаев имеют одинаковые падежные окончания. При употреблении существительных с числительными существительное стоит в партитивном падеже единственного числа. Сфера употребления лично-притяжательных суффиксов в вепсском и ижорском языках сильно сузилась, в водском и ливском сохранились их рудименты в наречиях. Отсутствуют суффиксы для выражения множественности предмета обладания. Прилагательные и наречия имеют степени сравнения, но при этом превосходная степень во всех языках (за исключением финского и карельского) выражается аналитически. Послелоги сочетаются обычно с родительным падежом главного слова; в отличие от других уральских языков в прибалтийско-финских языках есть предлоги. Глагол имеет четыре формы времени, от трех до пяти наклонений, возможны утвердительное и отрицательное спряжения. Залоговые противопоставления выражены слабо, обычно в причастиях. Категории вида нет, способы глагольного действия выражаются с помощью суффиксов. Инфинитивы и деепричастия склоняются по некоторым падежам. Для синтаксиса характерно, в отличие от других финно-угорских языков, согласование прилагательного в падеже и числе с определяемым словом. Порядок слов свободный, но предпочтителен порядок SVO («подлежащее – сказуемое – дополнение»). Конструкции с отглагольными именами, заменяющие придаточные предложения, встречаются реже сложных предложений. В области лексики много нетипичных для уральских языков заимствований из балтийских и германских языков.

Литература

Видеман Ф.И. О происхождении и языке вымерших ныне курляндских кревинов. СПб, 1872
Аристэ П.А. Пути отмирания двух прибалтийско-финских языков. – В кн.: Проблемы языкознания (доклады на Х Международном конгрессе лингвистов). М., 1967
Лаанест А. Прибалтийско-финские языки. – В кн.: Основы финно-угорского языкознания. Прибалтийско-финские, саамские и мордовские языки. М., 1975
Хайду П. Уральские языки и народы. М., 1985
Языки мира. Уральские языки. М., 1993
Агеева Р.А. Водский язык. Ижорский язык. – В кн.: Красная книга языков народов СССР. Энциклопедический словарь-справочник. М., 1994
Иткин И.Б. Вепсский язык. – В кн.: Красная книга языков народов СССР. Энциклопедический словарь-справочник. М., 1994