Содержание статьи
    Также по теме

    МИМАНСА-СУТРЫ

    МИМАНСА-СУТРЫ (санскр. ), корпус сутр мимансы, приписываемый Джаймини, одному из наиболее авторитетных учителей мимансы-веданты. Миманса-сутры – хронологически многослойный памятник, весьма древний (эпоха шраута-сутр – конец первой половины I тыс. до н.э.), но окончательно отредактированный не ранее 2–3 вв. Миманса-сутра – наиболее объемная коллекция сутр «ортодоксальных» даршан: это собрание 2621 сутр (по другим подсчетам их 2745).

    В I разделе дается определение дхармы, соотношения между словом и его референтом, между предписаниями (видхи) и истолкованиями (артхавада), обсуждается значение мантр (словесной части жертвоприношения), а также возможные расхождения между «преданием» (смрити) и «откровением» (шрути). В разделе II дается определение предписания и его грамматического субстрата – глагола, реальная «потенция» последнего, и дифференцируются различные вербальные действия. Раздел III посвящен различению дополнительных (шеша) и основных (шешин) компонентов ритуала. В разделе IV анализируется то, что предназначено для объекта обрядового действия (кратвартха) и для его субъекта (пурушартха). Во втором случае подразумевается его «возвышение» как цель совершения обрядов. В разделе V подробно рассматривается порядок (крама) совершения обрядовых процедур. Раздел VI посвящен адекватности/«соответственности» (адхикара) жертвоприношения и тех лиц, которые в нем участвуют. Предметом разделов VII–VIII является дифференциация архетипного жертвоприношения – даршапурнамасы (ведийские обряды новолуния и полнолуния) и всех остальных торжественных обрядов, которые рассматриваются в качестве его производных (викрити), а раздела IX – модификации мантр в соответствии с этой схематизацией. В разделе Х рассматриваются «исключения» (бадха) и «включения» (абхъюччая), а в разделе XI дифференцируются постоянные компоненты обрядов и переменные, обозначаемые в метаязыке ритуаловедов как «основа ткани» (тантра) и «уток» (авапа), которые можно интерпретировать как предназначенные, соответственно, для одноразовых и повторяющихся реализаций. В разделе XII обсуждается возможность использования элементов одного обряда при совершении другого.

    Лишь малая часть сутр мимансы посвящены философии. Из них сутры I.1.1–I.1.5 задают общую аксиоматику мимансаков, а I.1.6–32 – их полемику с основными оппонентами, прежде всего с вайшешиками. В первых сутрах выявляется специфический предмет мимансы – дхарма, трактуемая как «объект, определяемый через специфическую связь с предписанием». Предписание или «слово» (шабда) – единственный источник знания о дхарме, ибо, во-первых, восприятие дает знание о сущем, а здесь речь идет о должном, во-вторых, связь слова с обозначаемым не условна, но «природна» (аутпаттика). В полемических же пассажах различимы три части: обоснование того, что слово вечно (нитья), а не преходяще; аргументирование значимости не только слов, но и составляемых из них предложений; опровержение тех философов, которые не признают безначальности Вед (как особого слова) – основного «философского догмата» мимансаков. К Миманса-сутре был составлен комментарий Мимансасутра-бхашья Шабарасвамина, послуживший основой для дальнейших толкований.

    Литература

    Пименов А.В. Философия мимансы и древнеиндийская культура. – Народы Азии и Африки, 1987, № 4