Также по теме

ГАЛЛИЙ

ГАЛЛИЙ (Gallium) Ga, химический элемент 13-й (IIIa) группы периодической системы, атомный номер 31, атомная масса 69,72. Конфигурация внешней электронной оболочки 4s24p1. Известно 29 изотопов галлия с 56Ga по 84Ga. Среди них два стабильных – 69Ga и 71Ga. Природный галлий состоит только из стабильных изотопов – 69Ga(60,108%) и 71Ga(39,892%). Наиболее устойчивая степень окисления в соединениях: +3.

История открытия элемента.

Можно сказать, что открытие галлия происходило дважды. В первый раз это была игра светлого ума и удивительной интуиции, а второй – следствие целеустремленности и упорства, давшим свои плоды через пятнадцать лет непрекращающегося поиска. В тройке редких элементов 13-й группы галлий является самым распространенным – в земной коре его содержание на порядок больше, чем таллия, и на два порядка больше, чем индия. Однако, по иронии судьбы, предсказан, а потом открыт он был на десять лет позже, чем его менее распространенные соседи. Индий и таллий были открыты случайно – в 1861 Крукс искал селен и нашел таллий, а в 1863 Рейх и Рихтер искали таллий, а нашли индий. Галлий предсказали, а потом целенаправленно искали… всего пятнадцать лет.

Все началось в 1859, когда Поль Эмиль (Франсуа) Лекок де Буабодран (Paul Émile (dit François) Lecoq de Boisbaudran) (1838–1912), используя усовершенствованный им спектроскоп Кирхгоффа, начал исследовать минералы, чтобы обнаружить в них неизвестные элементы.

В 1863 он заметил определенную закономерность в изменении спектральных полос трехвалентных элементов при переходе от одного элемента к другому, однако между алюминием и индием существовал пробел, поэтому было сделано предположение, что должен быть еще один элемент, спектральные эмиссионные линии которого должны занять промежуточное положение. В том же году, благодаря финансовой поддержке семьи, у него появилась своя лаборатория и он продолжил поиски, подкрепленные собственной концепцией зависимости полос в эмиссионных спектрах от атомных весов элементов. Длительное время поиски были безуспешны, так как, по его же словам, он оперировал маленькими количествами вещества. В 1868 в лабораторию Буабодрана поступило большое количество цинковой обманки (сфалерита), привезенной c Пьерефитского рудника, расположенного в Пиренеях.

Тем временем, в 1869 в Петербурге Д.И.Менделеев представил Русскому химическому обществу доклад о соотношении физико-химических свойств элемента с его атомным весом. Шестого марта Н.А.Меншуткин зачитал доклад от имени Менделеева, в котором, в частности, говорилось, что «…можно ожидать открытия еще многих неизвестных простых тел, например, сходных с алюминием и кремнием элементов с паем 65-75». 7 января 1871 на заседании Русского химического общества было внесено дополнение относительно того, что «III группе четных рядов недостает из 3-его ряда элемента, следующего за цинком, а потому обладающего атомным весом 68». Этот элемент был назван экаалюминием, вследствие схожести его предполагаемых химических свойств со свойствами алюминия.

В феврале 1874 Буабодран начал переработку пятидесяти двух килограммов сфалерита и 27 августа 1875 получил белое вещество при контакте концентрата после переработки сфалерита с цинковой фольгой. Осадок был растворен в соляной кислоте, а затем снова осажден из раствора избытком аммиачной воды, а полученный фильтрат упарен. Получившаяся «аммонийная соль» далее была растворена в кипящей царской водке. Полученный таким образом раствор Буабодран внес в пламя бунзеновской горелки, но не обнаружил в спектре новых линий. Вероятно, у него так ничего бы и не получилось, если бы он не догадался использовать для испарения вещества кислородно-водородное пламя и электрическую дугу. Он увидел в смотровом окне прибора слабую фиолетовую линию с длиной волны 4172Å, и не было никакого сомнения в том, что линия эта принадлежала неизвестному ранее элементу. В следующем эксперименте Буабодран сконцентрировал элемент с помощью многократного осаждения сероводородом сульфидов и после обработки их соляной кислотой внес полученный раствор в электрическую дугу. В смотровом окне теперь четко проявлялась линия 4172Å и другая, более слабая и также ранее никем не наблюдавшаяся, фиолетовая линия с длиной волны 4033Å.

Буабодран назвал элемент галлием в честь своей родины Франции (лат. Gallia). Есть и другая, скорее анекдотическая, версия названия элемента. Дело в том, что латинское «gallus» означает то же, что и французское «le coq», а именно петух. Поскольку Lecoq являлось частью дворянской фамилии Буабодранов, можно предположить, что новый элемент был назван в честь семьи.

Буабодран оценил приблизительное количество галлия, содержащееся в исследуемой капле раствора, которое оказалось равным 0,01 мг. Примерно через две недели ему удалось сконцентрировать 2–3 мг хлорида галлия, смешанного с хлоридом цинка. В конце сентября 1875 он принимал поздравления в Париже в связи с открытием нового элемента. Перед докладом в Парижской Академии наук ему предстояло сделать серию опытов по получению металлического галлия и определению его свойств. Лаборатория Шарля Адольфа Вюрца была самой оснащенной из всех, имеющихся к тому времени в Париже (здание сохранилось и по сей день). Именно там, в ноябре 1875 Буабодрану удалось впервые получить небольшое количество металлического галлия электролизом раствора его аммиачного комплекса. В декабре 1875 он продемонстрировал 3,4 мг металла парижской ученой элите и вскоре сделал доклад в Академии наук. В опубликованной работе указывались некоторые свойства галлия: атомный вес, плотность (неверно определенная), температура плавления и некоторые другие.

Через некоторое время в Петербурге с сообщением об открытии галлия ознакомился Д.И.Менделеев и 15 ноября 1875 направил сообщение в «Записки Французской Академии наук», что открытый элемент является ранее предсказанным им экаалюминием и что его удельный вес должен быть около 6, а не 4,7, как установил Буабодран. Менделеев ликовал, ведь французский ученый был первым, кто открыл один из предсказанных им элементов, и доказал тем самым правильность периодического закона.

В 1876 Буабодрану удалось получить 650 мг чистого галлия после переработки 435 кг руды. Действительно оказалось, что первоначально определенная им плотность металла была заниженной, так как исследуемое количество галлия было мало, да и сам металл был загрязнен примесями. В статье О новом металле – галлии, опубликованной в 1877 в «Annales de Chimie» (Vol. 10 (1877) p.100–141) Буабодран писал: «Наконец, я объединил шесть первоначально полученных мною образцов чистого галлия в один, совершенно однородный, слиток. Его удельный вес был 5,935. Предсказание Менделеева точно подтвердилось. Среди нескольких гипотетических элементов, предсказанных с помощью его оригинальной классификации, есть, кажется, один, соответствующий галлию… Должен признаться, что я даже не подозревал об описании, данном Менделеевым для его гипотетического элемента. Я даже добавил бы, что мое незнание, возможно, благоприятствовало мне в том смысле, что я испытывал бы задержки, если бы стал искать галлий в осадке от действия аммиака, а не в растворе…и без того содержащем мало галлия. Низкая температура плавления также не согласуется с тем, что позволяет предсказать теория. Таким образом, несмотря на неопровержимое достоинство гипотезы Менделеева, некоторые реакции и свойства нового металла довольно отличаются от предсказываемых теорией… Поэтому мне кажется, что ни расчеты Менделеева, ни моя собственная гипотеза не привели бы к знанию о галлии еще долгое время, если бы не мой особенный экспериментальный метод, которому я следовал». Действительно, в своем послании к Менделееву Буабодран учтиво, но в то же время твердо, дал понять, что именно его спектральный метод, а не предсказание русского ученого, привел к открытию галлия. Отдавая должное Буабодрану, следует отметить, что он действительно довел экспериментальное оформление метода до высочайшего, по тем временам, уровня и вместе с Кирхгоффом и Бунзеном справедливо считается основателем спектрального анализа. Его заслуги были отмечены «Орденом почетного легиона» – высшей наградой Франции и медалью Дэви Лондонского химического общества. Вместе с тем надо признать, что французский исследователь так и не захотел по достоинству оценить заслуги русского ученого, совсем и не претендовавшего на приоритет открытия галлия, и великое обобщение которого являлось событием несоизмеримо большего масштаба и значения, чем открытие отдельного химического элемента. Ниже приводится таблица сопоставления расчетов Менделеева и данных Буабодрана для простого вещества.