Содержание статьи

    ЗНАМЯ

    ЗНАМЯ – ежемесячный литературно-художественный и общественно-политический журнал, издается в Москве с 1931.

    Первые два года выходил под названием ЛОКАФ – Литературное объединение писателей Красной Армии и Флота. В состав редколлегии входили М.Залка, В.Луговской, С.Щипачев и др. известные в те времена писатели. Задачи нового журнала были сформулированы так: «Перед лицом надвигающихся решительных боев между капитализмом и социализмом батальоны советских писателей становятся в ряды стальных дивизий в боевом органе Литературного объединения Красной Армии и Флота – «Локаф»». Естественно, что журнал, «освещал жизнь армии и флота, их героическое прошлое, борьбу за укрепление обороны страны».

    В 1934 редактором журнала (уже «Знамени», органа СП СССР) стал Вс.Вишневский. В довоенное время в журнале, наряду с забытыми впоследствии писателями, появлялись имена В.Гроссмана (рассказ Мечта), стихи В.Луговского, Н.Тихонова, И.Эренбурга, И.Уткина. Конечно, и эти произведения несли на себе отпечаток господствующей идеологии тех лет, но крупицы (а иногда и более того) подлинной художественности в них, несомненно, были.

    Во время Великой Отечественной войны на страницы журнала были допущены не только Ольга Берггольц и Константин Симонов, но и А.Платонов (рассказ Броня), В.Шкловский (Памяти Юрия Тынянова), поэты М.Петровых, Н.Крандиевская-Толстая, а в 1945 даже А.Ахматова (Наше священное ремесло…).

    Разгром фашизма породил надежды на либерализацию советского строя, что нашло свое отражение и в литературе. Журнал «Знамя» не был исключением. «Знамя» первых послевоенных лет – это В окопах Сталинграда В.Некрасова, Двое в степи, Спутники В.Пановой, Дом у дороги Э.Казакевича, А.Твардовский.

    Эта первая советская «оттепель» очень быстро закончилась. Печально известное Постановление ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» (1946) стало первым в ряду подобных. В 1949 дошла очередь и до «Знамени»: «В течение 1948 года журнал «Знамя» снизил идейно-художественное качество публикуемых материалов. В журнале напечатан ряд идейно-порочных и неполноценных в художественном отношении произведений». Шла кампания борьбы с космополитизмом, и «барский гнев» вызвала прежде всего повесть Э.Казакевича, а также отдел критики.

    Большая часть сотрудников, в том числе и Вс.Вишневский, были отстранены от работы. Главным редактором стал партийный функционер В.Кожевников. В состав редколлегии вошла Л.Скорино – оголтелый критик, набрасывающийся на всякое живое слово. Журнал становится едва ли не самым «идеологически выдержанным» толстым журналом.

    В краткий период хрущевской «оттепели» даже В.Кожевников не мог не отдать дань веяниям времени. Достаточно сказать, что именно в «Знамени» была напечатана давшая название эпохе повесть И.Эренбурга Оттепель. С произведениями на военные темы выступают Г.Бакланов и В.Астафьев. Здесь (впрочем, как и всюду) публикуются поэты-шестидесятники А.Вознесенский и Е.Евтушенко. На страницы журнала попадает поэт Г.Айги (в переводе Б.Ахмадулиной), в апреле 1954 здесь напечатаны стихи из Доктора Живаго Пастернака. Но роман В.Гроссмана Жизнь и судьба В.Кожевников передал в КГБ.

    «Знамя» эпохи Брежнева – довольно бесцветный журнал, прибежище «секретарской» литературы (творений секретарей Союза Писателей): «Щит и меч» Кожевникова, «Блокада» А.Чуковского. Отдельные блестки в виде стихов Л.Мартынова, Ю.Левитанского или повести Ю.Трифонова существенно не изменяли «лицо» журнала.