Содержание статьи
    Также по теме

    ЗАПОРОЖСКАЯ СЕЧЬ

    ЗАПОРОЖСКАЯ СЕЧЬ – область за днепровскими порогами, впоследствии название казацкой общины; произошло от слова, обозначающего засеку в лесу (иначе сруб), почему, надо полагать, первоначально запорожские казаки и селились по лесистым островам в защищенных местах. Предшественниками сечевиков были исстари отправляющиеся из пределов Малороссии «на Низ» по Днепру вооруженные рыболовы и охотники. От охоты и рыболовства они вскоре стали нередко переходить и к нападениям на татарские улусы, захвату скота и другой военной добычи, а также к грабежам купеческих караванов, двигавшихся по торговому пути из Турции через Очаков к Московскому государству.

    Первое упоминание о таких казаках датировано 1499. Многие из них, особенно из не привязанных к родным поселкам семейными отношениями, задерживались «на Низу» более или менее продолжительное время, но в начале 16 в. постоянного определенного места жительства здесь не имели. В 60-е годы 16 в. установилось определенное место для Запорожской Сечи, укрепление Запороги на острове Томаковке, и о казаках с 1568 упоминается уже как о «перемешкающих», т.е. постоянно живущих в этих местах и ведущих вооруженную борьбу с татарами.
    Число вольной казацкой дружины особо сильно увеличилось после Люблинской Унии (1569), распространившей на украинские земли польско-шляхетский образ жизни, грозящий местному крестьянству полным закабалением. Массы крестьян устремились от угрозы крепостничества к свободным окраинам польско-литовского государства и на Запорожье.

    В 70-е годы 16 в. казачество и на Украине, и «на Низу» представляло внушительную силу, которую хотел организовать и подчинить польскому правительству Стефан Баторий для охраны юго-восточных границ. Казаки были выделены из остального крестьянства в числе 6 тыс. человек  под название реестровых, получивших свободу от податей, право выбора своего начальства и самоуправления, с общим подчинением коронному гетману. Но реформа эта не смогла сузить ни числа казаков, ни их задач и не подчинила вольную дружину польской короне. Самовольное казачество, не попавшее в реестровые казаки, обосновалось на недосягаемых для польского управления запорожских островах и к началу 90-х годов 16 в. сложилось в организованную запорожскую «по своему обычаю» общину, грозную для соседей военную силу.

    Простота жизни запорожцев, равенство и братство, готовность ко всякой опасности и беспрекословное повиновение начальникам во время боевых действий были нравственными требованиями запорожской братчины. Запорожцы сходились на раду-сходку, где решались общие дела и выбирались начальники. Верховной властью обладал атаман, носивший звание кошевого, вся запорожская община называлась кошем – слово татарского происхождения, означавшее стан. Кош разделялся на курени, над каждым куренем был выборный куренный атаман, подчиненный кошевому. Кроме них рада выбирала полкового писаря и есаула (асаула). В военных экспедициях, в которых участвовало ограниченное число запорожцев, на время похода выбирался полковник, который им руководил.
    Кошевой имел безусловную власть над кошем, но по истечении года должен был давать отчет перед казачьей общиной, и в случае обвинения его в злоупотреблениях мог поплатиться жизнью. Также смертью каралось насилие и разбой в мирных христианских поселениях; воровство наказывалось повешением. В товарищество вступали и холостые, и женатые мужчины, но ввести женщину в Сечь запрещалось под страхом смерти. Запорожец, вступая в Сечь, обещал воевать за христианскую веру против ее врагов и соблюдать обряды и посты по уставу восточной церкви.

    Местонахождение Сечи до половины 16 в. часто менялось (Сечь Хортицкая, Базавлуцкая, Томаковская и Микитинская); с 1652 по 1708 просуществовала наиболее продолжительная Чартомлыцкая Сечь, затем с 1710 по 1711 была Сечь Каменская, 1711–1734 – Алешковская, 1734–1775 – Новая или Пидпиленская.

    Образовавшие к началу 90-х 16 в. крупную военную силу, запорожцы свое главное внимание обратили на борьбу с татарами, хотя принимали участие в украинских восстаниях против поляков. В первой четверти 17 в. запорожцы, кроме постоянных стычек с татарами, грабили и разоряли турецкие поселения и города, передвигаясь по Черному морю на больших лодках (чайках). В 1605 запорожское войско сожгло Варну, в 1607 разгромили Очаков и Перекоп, в 1612 завладели Кафой (Феодосией), освободили множество невольников и разграбили весь южный берег Крыма. В 1613 взяли Синоп, а в 1616 – Трапезунд (Трапзон), причем был разбит значительный турецкий флот. Последние три победы были одержаны совместно с украинскими казаками, под предводительством гетмана Коношевича Сагайдачного. В событиях Смутного времени и походах польского королевича Владислава и Сагайдачного в пределы Московского государства также принимали участие отдельные отряды сечевиков.

    И.Е.РЕПИН. Запорожцы пишут письмо турецкому султану. 1880–1891

    Польское королевство неоднократно пыталось принимать меры по обузданию и ослаблению Запорожья: в 1607 сейм постановил не допускать ухода крестьян и казаков с Украины в Запорожскую Сечь; в 1616 гетман Жолкевский с вооруженной силой действовал против казацкого своеволия в Брацлавщине. Отношения между поляками и украинским населением обострились в 20-х годах 17 в. К этому времени закрепощение крестьянства было доведено до крайней степени и усилилось массовое бегство населения в степи, в низовья Днепра. Кроме того, введение унии сопровождалось притеснением православных, находивших опору в восстановлении в 1620 духовной иерархии под главенством митрополита Иова Борецкого.

    Во всех последующих казацко-крестьянских волнениях запорожцы принимали самое деятельное участие, иногда являясь и инициаторами восстаний: то были мятежи против польского социального, экономического и религиозно-национального гнета. Так, гетман Жмайло вышел из Запорожской Сечи в 1625; оттуда же двинулся отряд, составлявший ядро восстания Тараса Трясилы (1630). В 1635 польский коронный гетман Конецпольский заложил на Днепре ниже впадения р.Самары и выше днепровских порогов крепость Кодак, но в том же году она была разрушена запорожцами под предводительством Сулимы. Это укрепление было восстановлено вновь в 1638, после того, как были усмирены восстания Павлюка, опиравшегося на запорожцев (1637) и Остраницы и Гуни (1638), зародившиеся в Запорожской Сечи.

    Следующее десятилетие было наименее заметным в истории Сечи, но в ней подспудно копился «горючий материал» и готовилась новая вспышка, произошедшая в 1648 при Б.Хмельницком. Сюда он бежал, здесь был провозглашен гетманом и отсюда двинулся с большим отрядом казаков на Украину. Хотя после Переяславской рады (1654) Сечь признала себя под властью московского правительства, подчинение это выражалось в основном в получении жалования из Москвы и в постоянных переговорах и пререканиях с московскими послами. В этот период на протяжении более полувека Запорожье играло наибольшую роль в судьбе Малороссии, являясь центром, откуда исходила защита украинской автономии и крестьянству.

    В вопросе об избрании гетманов Запорожская Сечь претендовала на исключительное право. Она решительно выступила против пропольского И.Выговского, поддерживая сына Богдана Хмельницкого Юрия, а когда он пошел по стопам своего предшественника, то выставила своего претендента на гетманство – Ивана Брюховецкого, избранного на «черной» нежинской раде в 1663. После падения Брюховецкого, Запорожская Сечь поддерживала Суховиенка, снова Ю.Хмельницкого, Ханенка, но в правобережной Украине при поддержке турок одержал верх Дорошенко, в левобережной – Многогрешный, претендент, поддержанный Москвой, а затем Самойлович. В это время во главе Запорожской Сечи стоял энергичный, талантливый и весьма популярный среди демократических элементов Украины кошевой Иван Сирко. Под его предводительством усилились нападения запорожцев на татар и был совершен ряд удачных походов, сопровождающихся опустошением Крыма. Выведенный из терпения постоянными набегами, крымский хан в 1678 с сильным войском двинулся к самой Чартомлыцкой Сечи, но был оттеснен.